Книга Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь, страница 113 – Кира Лин

Перебрав вещи в комоде, сложила их в сундук и придвинула его к входной двери. Прикасаться ни к чему не хотелось. Распахнув платяной шкаф, я обвела взглядом полки со стопками белья. И смахнула их на пол.

С нарядами на вешалках поступила точно так же. Вскоре передо мной высилась гора пёстрого тряпья. Планируя уборку, я принесла с собой резиновые перчатки.

Они были достаточно плотные, но способны ли предотвратить отравление вредоносным заклинанием?

Натягивая их, я смотрела на ворох одежды с мыслью о том, что начинаю верить в тёмную сторону жизни Моники.

Она была слишком идеальной, до тошноты приторной. И с каждым всплывшим фактом эта фальшивая безупречность представала под иным ракурсом.

Собрав всю одежду в мешок, я отнесла его к двери. Перед двуспальной кроватью стоял старинный трельяж, на нём выстроились флаконы с духами и косметика.

Я глянула на баночки с кремами и пузырьки с лаком для ногтей — ничего необычного.

Всё-таки не постоянно она прикрывалась гламором, что-то оставалось в ней настоящее.

Облокотившись на туалетный столик руками, я придирчиво посмотрела на своё отражение. Что-то было не так, как раньше. Глаза чуть потемнели, лицо не осунулось, но побледнело, словно внутри меня таился мрак.

Даже цвет волос стал насыщеннее, отливал чёрным.

Нахмурившись, я дотронулась пальцем до своего отражения, коснулась зеркала и…. Оно дрогнуло, как потревоженная водная гладь.

И в этой колеблющейся блестящей поверхности задвигалась тень, словно что-то всплывало и вновь исчезало на глубине.

Я не сразу осознала, что глубина эта затягивает, расступается передо мной, чтобы поглотить. Отпрянув от трельяжа, я подавила порыв вытереть ладони о штаны. Ещё одна ловушка.

— Что происходит? — вслух подумала я. — Что ты сделала, Моника?

Но зеркало не могло мне ответить. Я отступила от туалетного столика и почти выбежала из комнаты. Закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Голова кружилась, рубашка пропиталась холодным потом и прилипла к спине.

Стены спальни хранили тайны Моники, но не собирались делиться ими со мной. Наоборот, они будто сожрать меня хотели, высосать досуха. Вся её комната была западнёй.

Она ослабляла меня каждый раз, когда я заходила.

Вдруг я поняла, почему не любила бывать у Моники — она наложила чары опустошения. Как те, что…. Кто-то подкинул в мою спальню. Могла ли это быть моя сестра? Учитывая то, что мы узнали о ней — вполне.

Как определить наверняка? Если знать, где искать, секреты раскрываются сами собой. А что я знала? Лишь то, что детство Моники прошло в Храме Вечной Жизни. Там и должны быть все ответы.

И я не стала медлить. Собрав в дорогу всё необходимое, спустилась на кухню выпить кофе. Ночное небо посерело, посветлело, и по нему разлилось тусклое сияние рассвета. Путь предстоял неблизкий, я решила выехать пораньше.

Фамильяры на старом клёне пробудились, встрепенулись, забеспокоились. Закинув сумку в карету, я закрыла багажник и подошла к двери водительского сиденья. По стае птиц прошла волна негодующего карканья.

Я обернулась. Вороны расселись гирляндой по ветвям, тесно прижимаясь друг к другу. Они следили за мной чёрно-оранжевыми бусинами глаз.

Некоторые привставали и гневно размахивали крыльями, потом садились обратно и, нахохлившись, продолжали возмущаться.