Книга Пленница дракона. Клятва против сердца, страница 78 – Кристина Юраш

“Что ж!”, - думала я, спускаясь по лестнице. - “Кто-то любит капустный пирог. Кто-то людей. Ну не всем же драконам листик шпината жевать?”.

Я замесила тесто, положила начинку и поставила пирог в духовку.

Интересно, если у нас будет ребенок, он будет таким же? Или…

Я вспомнила дневник его матери. Вспомнила свои мысли. Что ж, судьба, видимо, ты решила в очередной раз подшутить надо мной!

Но я думаю, что я справлюсь. Ведь если у нас будет ребенок, я буду любить его. Таким, каким он есть. Он вырастет в любви, вырастет в заботе и нежности. Он будет знать, что у него есть мама и папа.

Хотя, может, я слишком далеко заглядываю. Ой, кажется, пирог подгорает! Надо доставать! Срочно!

Двадцать лет спустя.

Я сидела в своих покоях, перечитывая старый, потрепанный томик по анатомии. Книга была моим талисманом, напоминанием о том времени, когда я была просто целительницей, а не Императрицей, чье имя шептали с благоговением и ужасом.

Дверь бесшумно отворилась. На пороге стоял юноша. Высокий, широкоплечий, с темными, слегка растрёпанными волосами и глазами, в которых иногда, очень редко, вспыхивал вертикальный зрачок. Мой сын. Наследник престола. И моя главная головная боль.

— Мам, это тебе, — он протянул мне огромный букет полевых цветов, таких нелепых и ярких на фоне мраморных колонн.

Я удивлённо подняла бровь.

— А по какому поводу? День рождения у меня был полгода назад.

Он пожал плечами, и в этом движении было столько отцовского небрежного шика, что мне захотелось одновременно рассмеяться и вздохнуть.

— А что? Сыну нужен повод, чтобы порадовать мать? Или ты предпочитаешь, чтобы я приносил тебе головы врагов, как папа?

— Головы врагов не поставишь в вазу, — усмехнулась я, принимая букет. От него пахло летом, свободой и чем-то диким. — Цветы гораздо лучше. Они хотя бы не кричат, когда их срезают.

Он улыбнулся — той самой кривой, немного хищной улыбкой, от которой придворные дамы падали в обморок, а мужчины инстинктивно хватались за рукояти мечей.

— Ладно. Я пойду. У меня тренировка с драконьей гвардией. Папа сказал, что если я сегодня не сожгу хотя бы три мишени, он оставит меня без ужина.

Драконья гвардия — это подарок папы. Совесть — это подарок мамы.

Сейчас эта маленькая гвардия насчитывает примерно человек сто. Которых нельзя есть. Или можно, но только в случае доказанного факта предательства и измены.

— Иди, — махнула я рукой. — И помни: корова в день — это минимум. Не вздумай голодать перед тренировкой, иначе сорвёшься.

Он кивнул и вышел, захлопнув дверь. Берент бы гордился “внуком”. Старый учитель добился своего, пусть и ценой собственной жизни.

Я посмотрела на цветы, потом на окно, за которым раскинулась столица. Мир изменился. Совет Магов был распущен. Клятва Ненасилия отменена указом моего мужа в первый же день его коронации. Целители больше не были рабами системы. Мы стали врачами. Просто врачами.

Со стороны мы казались странными правителями. Наверное, потому что наше правление началось с проникновенной речи Элифера: "Сначала я убью тех, кто против того, чтобы я занял трон. А потом убью тех, кто против, чтобы я женился на ней!".

Кажется, эту речь придворные запомнили надолго.

Народ любил нас за справедливость и боялся за нашу непредсказуемость. А ещё любви добавлял тот факт, что Императрица лечит бедняков бесплатно. У неё даже есть приёмные дни.