Книга Злодей, который меня убил 2, страница 120 – Кира Иствуд

Время растягивается. Наше дыхание смешивается. Поцелуи становятся солёными укусами, касания — сладостной борьбой. Я снова полностью теряюсь в ощущениях. Принц перехватывает мои запястья, сводит над головой, крепко держит, жадно толкаясь напряжёнными бёдрами.

Ловлю в его волчьих глазах своё отражение — растрёпанное, дикое, обнажённое. Новая Николь, которая не знает слова «стыд». Со стоном прогибаюсь в пояснице, подаваясь навстречу.

Джаред совершенно срывается. Мир вспыхивает магией, я задыхаюсь от острого наслаждения, что прокатывается по телу, сжигая нервы, звоном отдаваясь в ушах. От судороги удовольствия поджимаются пальцы на ногах. Зажмуриваюсь до золотых кругов под веками. Безумие, чистое безумие!

Толчки становятся хаотичными, и вскоре Джаред издаёт тягучий низкий рык, содрогаясь всеми мышцами, кусая меня в плечо.

Спустя мгновения, он обессиленно падает рядом. Оглушённые, мы едва можем пошевелиться. Наши звери ластятся друг к другу, и мы тоже прижимаемся влажными телами, пытаясь отдышаться.

Чёрные силуэты деревьев покачиваются на зимнем ветру. В воздухе кружат снежинки, оседая на коже. Но вместо холода, чувствую жар и тягучую негу. От нашей обнажённой кожи исходит пар. Хочется закрыть глаза и уснуть мирным сном сытого зверя.

Но туман, вызванный зависимостью, постепенно отступает. Вскоре на его место приходит жгучий стыд и колючие панические мысли, от которых хочется провалиться под землю. Отвернувшись, закрываю ладонями пылающее лицо.

Я сама накинулась!

Стонала и умоляла! О Боги!

Что теперь Джаред обо мне подумает?! Посчитает развратной? Он даже не знает, что на меня давила зависимость! К тому же, лес и снег кругом! Ночь, идёт испытание! А если бы нас кто-то застал?! Бездна великая, это совершенно немыслимо! И правда ли виновата лишь зависимость? А может… мне хотелось поддаться? Может…

— Николь, — хриплый голос со спины. Джаред накидывает мне на плечи свой камзол. Осторожно, будто боясь спугнуть, касается волос.

— М? — у меня не хватает моральных сил, чтобы повернуться и взглянуть истинному в лицо.

— Ты сожалеешь… — его голос напряжённый, шершавый как наждачная бумага, — о том, что случилось?

Жалею?

— Нет! — торопливо заверяю я и чувствую… это правда! Я не жалею, но… — Просто… — мучительно подбираю слова.

— Место и время неподходящие?

— Д-да, — я киваю, но всё ещё не оборачиваюсь. Чувства пребывают в смятении.

Джаред аккуратно отводит мои волосы, его дыхание согревает кожу. Мягко целуя горячими губами, осторожно обнимает поверх наброшенной одежды.

— Это было невероятно, — шепчет он. — Невозможно противостоять… Тут оставалось или рехнуться или поддаться. Если бы ты попросила остановиться, то клянусь, мне пришлось бы себе палец откусить, чтобы хоть как-то прийти в себя. Ты моя пара и это навсегда. Поэтому ни о чём не переживай, Николь. Я всегда буду рядом.

Слова Джареда успокаивают. И как он это умеет — враз прогнать мои глупые кроличьи страхи? Моё тело отзывается на его голос, на прикосновения, трепещет, низ живота сладко пульсирует вновь разжигающимся желанием.

Рядом с этим волком я чувствую себя защищённо, будто я там, где и должна быть. Рядом с истинным, в его надёжных объятиях.

Джаред, очевидно, не стал ко мне хуже относиться, наоборот, переживает о моих чувствах, осторожничает, будто с напуганным зверьком, всеми своими словами и касаниями показывает, что готов терпеливо дождаться, когда я приму случившееся между нами.