Книга Искра, страница 101 – Ольга Пашнина

* * *

В квартире было темно. Когда я вернулась, все уже разошлись спать. И только где-то громко тикали часы. Я тихо прокралась мимо комнаты мамы и папы, стараясь их не разбудить, и вошла в комнату Светлова. Он не спал, но сидел в темноте.

— Все нормально? – спросила я.

— Нормально? – Он поднял голову. – Мы сегодня узнали, что весь наш мир – это ложь. Разве может это быть нормально?

— Но я ведь тебе рассказывала…

— Я думал, ты бредишь. Или… придумываешь.

— К сожалению, нет.

Я опустилась на кровать и с сочувствием посмотрела на Светлова.

— Я говорил с Аспером. Он сказал, что сегодня ты разговаривала с Дашковым.

Я почувствовала, как внутри поднимается тревога, в горле резко пересохло.

— Знаешь, он сказал интересную вещь. – Светлов поднялся. От него исходили волны враждебности, как тогда, когда он сорвался после известия о моем участии в Играх. – Он сказал, что я существую только для того, чтобы компенсировать тебе потерю мира.

Я закрыла глаза. Аспер, даже несмотря на удар, которым для него стало известие, не преминул воспользоваться полученной информацией. И, конечно же, отомстил Светлову за то, что тот обошел его в рейтинге. Не мог не отомстить. Глупо было думать, что Асперу действительно нет до этого дела.

— Аронов сказал, что это чушь. Что если бы тебя действительно не существовало в моем мире, то ты был бы таким же, как Аспер. А ты вполне живой и вроде бы даже не психопат.

— Возможно, – не стал спорить Светлов. – Но это не отменяет того, что Дашков просто использовал меня. Для того, чтобы загладить свою вину перед тобой. Он заставил меня тебя любить.

На это я не нашлась что ответить.

— Все, что я помню, – как все время был рядом, как довольствовался дружбой с тобой, таскал тебе шоколад, надеялся, что однажды ты обратишь на меня внимание… Все это – ложные воспоминания, которые заложили в мою голову для того, чтобы малышке Ярине было не грустно.

Он со всей дури ударил в стену кулаком, и я вскрикнула и отскочила.

— Я об этом не просила.

— Но не то чтобы была сильно против. – Светлов усмехнулся. – Очень удобно иметь рядом с собой такого, как я.

— Не говори так, пожалуйста.

— Плевать, – бросил Светлов и прошел мимо меня к выходу. – Зато теперь все хотя бы встало на свои места.

Я поднялась и сделала шаг по направлению к нему, сама не зная, что сделаю или скажу. Но Светлов вдруг с неожиданной грубостью меня оттолкнул.

— Хватит, – отрезал он. – Быть твоим другом я был согласен. Но быть персонажем твоей истории, второстепенным героем романа про Ярину Огневу, я не собираюсь.

Затем он ушел. Хлопнула дверь, и комната погрузилась во мрак и тишину.

Михаил не вернулся ни к утру, ни назавтра, ни через неделю. Я приходила снова и снова, ложилась спать в надежде, что наутро увижу привычную чашку кофе и еще теплую булочку. Но Светлов как будто исчез из моей жизни, словно его и не было. И именно сейчас я начала ощущать, как остро мне его не хватает.

И третий этап Игр Стихий стал первым испытанием, которого я не могла дождаться. Просто потому что на нем я, скорее всего, должна была увидеть Михаила.

В Петербург приезжает император!

Эта весть взбудоражила всех без исключения. Об этом писали в газетах, трубили на улицах. И, естественно, это событие обсуждали и в школе Огня. О том, что император хочет взглянуть на третий этап испытаний, стало известно практически сразу. Елизавета Каренина влетела в аудиторию еще до начала занятий и потребовала немедленно явиться на собрание команды. Где и объявила: