Книга Присвою тебя. Навсегда, страница 36 – Виктория Кузьмина

— Именно. А теперь отпусти её и убери когти, пока я не вырвал тебе их наживую.

Тим продолжает идти, не останавливаясь, и каждый его шаг отдаётся во мне эхом, потому что сердце бьётся так громко, что кажется, все вокруг его слышат, как барабанную дробь перед казнью.

Все во мне замирает от того, как его алый взгляд скользит по мне, задерживаясь на груди, под которой меня сжимает рукой Виктор. Я вижу, как его челюсть напрягается, как скулы выступают резче, как руки сжимаются в кулаки так сильно, что костяшки белеют.

В его глазах столько ярости, что мне становится страшно, но не за себя, а за Виктора, потому что понимаю, что сейчас произойдёт что-то страшное, кровавое, от чего лучше отвернуться.

— Пошёл вон отсюда! Ты не имеешь прав на эту женщину! Она согласилась быть моей женой! Она моя! Этот брак одобрен её семьёй!

Виктор орёт за моей спиной, и в голосе его столько истерики, столько надрыва, что я даже вздрагиваю от неожиданности, потому что никогда не слышала, чтобы он так кричал, будто его режут живьём. Будто кто-то вырывает у него что-то важное, жизненно необходимое.

Он прижимает меня к себе ещё крепче, и я чувствую, как его сердце колотится у меня за спиной, бешено, хаотично, словно он сам не верит в то, что говорит, словно понимает, что проиграл, но пытается цепляться за последнюю соломинку.

— Завали пасть и отпусти её.

Тим останавливается в паре метров от нас, и я вижу, как его глаза полыхают алым, таким ярким, таким насыщенным, что становится страшно от того, что он сейчас сделает, потому что этот цвет означает, что зверь внутри него рвётся наружу, требует крови, требует мести за то, что кто-то посмел прикоснуться к его женщине.

Дальше всё происходит быстро. Настолько быстро, что я даже не успеваю моргнуть. Виктор дёргает меня на себя так резко, что я теряю равновесие, ноги подкашиваются, и я готова упасть, но Тим уже здесь, его кулак летит вперёд с такой скоростью, что я только слышу свист рассекаемого воздуха, и я жмурюсь от того, что он пролетает в сантиметре от моей головы.

Слышу хруст, глухой и мокрый, словно кто-то сломал ветку пополам, только это не ветка, это кости лица Виктора, и вскрик. Полный боли и ярости, отдаётся в ушах так громко, что хочется зажать их руками.

Виктор разжимает руки, и я наконец могу вдохнуть. Полной грудью, жадно, словно всплывая из-под воды после того, как чуть не утонула. Чувствую родной запах.

Такой знакомый, что внутри всё переворачивается, потому что я так долго мечтала снова его почувствовать, так долго представляла, как он обнимет меня, прижмёт к себе, скажет, что всё будет хорошо. Не верила… Лишь мечтала хоть еще один единственный раз почувствовать его.

Тим прижимает меня к своей груди и вдыхает запах рядом с шеей, губами касаясь кожи так нежно, так осторожно, будто боится, что я разобьюсь, если надавит сильнее, и я вздрагиваю от этого контраста с тем, как меня держал Виктор, потому что разница между ними колоссальная, как между раем и адом.

— Ждала меня? — Его голос звучит низко, с какой-то хрипотцой, и я чувствую, как по телу пробегает дрожь от того, насколько близко он сейчас, от того, как его дыхание обжигает кожу.

— Н-нет… — Закусываю губу так сильно, что чувствую металлический привкус крови, потому что в глазах стоят слёзы, а голос дрожит так сильно, что я готова зарыдать и кинуться ему на шею, но держу себя в руках, хотя это даётся с невероятным трудом, ведь столько всего накопилось внутри за это время, столько страха, боли, отчаяния.