Книга Присвою тебя. Навсегда, страница 23 – Виктория Кузьмина

Упав на кровать и спрятав телефон под подушкой, я прикрыла лицо руками и отогнала мысли о нём. Не нужно. Не нужно думать о том, что было, что могло бы быть, о том, что мы потеряли.

Вообще не понимала, почему судьба так распорядилась, сделав нас истинными.

Мы разные.

Мы не подходим друг другу.

Нам просто нет варианта быть вместе. Его не было изначально. А сейчас тем более. После всего, что мы друг другу сделали...

Он сделал мне больно, а я ему. И пора бы смириться и взять себя в руки, но я не могла. Не могла не думать о нём.

Не думать, а что если бы…?

Свадьба совсем скоро и сейчас я должна сосредоточиться на том, как спасти себя. Если Виктор продолжит так пить, то шанс сбежать у меня будет, но я не знала, на какое количество людей могу повлиять за один день.

Сегодня я пробовала на горничной и она весь день, не привлекая внимание, носила мне еду, пряча её в салфетках, в карманах передника.

Но что, если я попробую силу на ком-то ещё? На охране? На водителе?

Кольцо может дать скол, и тут уже не поможет ничего.

Дверь распахнулась так резко, что ударилась о стену с грохотом, и я тут же села, вздрогнув от неожиданности. На пороге стоял Виктор, и он был в усмерть пьяный.

Он еле на ногах стоял и вид был у него откровенно паршивый. Растрепанный и мятый, глаза налиты кровью, мутные, безумные.

— Ты жалкая и никчёмная девка, поняла?! — заорал он, ткнув в меня пальцем.

— Да, дорогой, — ответила тихо, опустив глаза и зная, как его бесит это прозвище, но не в силах удержаться, чтобы не уколоть его хоть немного.

Он, пошатываясь, прошёл в комнату и плюхнулся на кресло напротив кровати. Тяжело, неуклюже, словно мешок с песком, и уставился на меня так, будто видел впервые.

— Ты бесишь меня одним своим су-существованием! — выпалил, запинаясь на словах. — Но от тебя много зависит… Вот ты мне скажи, если я предложу тебе равноценный обмен, ты отдашь кольцо?

Я напряглась, почувствовав, как внутри всё сжимается от тревоги.

— Какой? — спросила я осторожно. — Жизнь Тимофея меня не привлекает. Ты не рискнёшь бодаться с Сибирью, и мы оба это знаем.

— Да сдался он мне, твой медведь! — фыркнул Виктор, и на его лице появилась злая усмешка. — Его вообще сейчас тут нет… Сученок бросил тебя и с-свалил!

Он торжественно ухмыльнулся и наклонился ко мне, так близко, что я почувствовала запах перегара, едкий, тошнотворный. Мне хотелось отвернутся от него и больше не смотреть никогда но это ничего бы не изменило. Только выведет его из себя сильнее. Ему нравится видеть как мне больно.

— Тогда что ты мне можешь предложить? — парировала, стараясь не показать, как сильно меня задели его слова. — У тебя ведь ничего нет.

От сказанных мною слов глаза мужчины налились кровью, словно он и правда был никем. Ничтожеством, которое пытается за что-то зацепиться.

— У меня есть много! — взревел, вскакивая с кресла и начиная ходить по комнате, размахивая руками. — Я богат! Я успешен, и меня все хотят!

— А мне какой от этого прок? — пожала плечами. — Ты мне не нужен, и деньги твои тоже.

Он остановился, и лицо его исказилось словно от боли, от злости, от чего-то ещё, чего я не могла понять.

— А мне ты нравилась! — прорычал, и в его голосе была такая ярость, что я вздрогнула. — Я, сука, тебя боготворил! Но ты… ты другому принадлежишь! Другому!