Книга Виктория. Вспомнить себя, страница 29 – Раяна Спорт

Естественно, я ошиблась. Представшее перед глазами помещение не было его кабинетом!

«Как вообще можно было создать столь большое количество комнат и не подписать их?! Как он вообще его сам находит!», — заныла я, вновь в раздражении закатывая глаза к потолку.

Помещение разительно отличалось от тех, которые я успела увидеть за короткое время моей здесь работы. Было что-то в нем загадочное и темное, словно звездное небо в окружении звезд. Вдоль стен выстроились сосуды разных цветов и размеров, а всю остальную площадь занимали крутящиеся шары и кольца, блестящие стекла, замершие капли дождя, метеориты и горящие свечи.

Я застыла, затаив дыхание. А потом сделала шаг вперед, и еще два. Не знаю, что влекло меня в этот вихрь хаоса и что именно я чувствовала, но это было как со стенами отеля. Я словно слышала его голос, что наигрывал музыку, отчего меня тут же потянуло в танец.

И да, я будто со стороны наблюдала за собой. Вальсировала среди всего этого безумства, лишь изредка задевая детали интерьера и хихикая, когда это было неизбежно. Будто предавалась танцу с живым человеком, а не с заколдованным помещением. И как бы странно это сейчас не прозвучало, но в некоторых моментах я была уверенна, что это мой кавалер дотронулся до меня, хотя по этикету он должен держать руки в некоторой отдаленности от моего тела.

В затуманенном магией рассудке я будто видела некий образ мужчины предо мной. Он был настолько очарователен, что заставил мое сердце учащенно трепыхаться в груди. Он улыбался мне, и я знала, что еще никому в этом мире он не дарил столь искреннего своего жеста. И самое безрассудное в этом было то, что я сама была очарована им! И будто мы были знакомы вечность, а не эти считанные секунды в этом космической приключении.

— Что вы тут делаете?! — раздался раздраженный, но с толикой испуга крик Француа.

Иллюзия танца пропала в тот же миг, заставив меня вздрогнуть. От неожиданности резко ступила назад, ударившись спиной о шкаф, из которого тут же попадали сосуды со странными жидкостями. Надо было так случиться, что самая большая бутыль, как назло, стоявшая над моей головой, тут же спикировала вниз. И как итог — звон в ушах и дикая боль, заставившие мое сознание тут же отключиться.

Резкая боль пронзила виски, заставив поморщиться. Сознание возвращалось мучительно медленно, словно продираясь сквозь густой туман. Тошнота подкатывала к горлу, и я, не открывая глаз, инстинктивно потянулась рукой к источнику липкого ощущения на голове. Пальцы тотчас наткнулись на полотенце, которое успело прилично пропитаться кровью.

— Лучше не трогай, — голос, резкий и напряженный, словно натянутая струна, заставил меня вздрогнуть.

Я приоткрыла глаза. Мир вокруг был расплывчатым, словно акварельный рисунок, размытый дождем. Я видела лишь смутный силуэт, мечущийся туда-сюда на фоне массивного стола. Бордовый цвет костюма, однако, был безошибочным. Франсуа. Мой наниматель.

Он резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену. В его голосе сквозило неприкрытое раздражение, граничащее с яростью.

— Вот что ты забыла в той комнате, а?! Я же четко дал указания идти к себе! — выпалил Француа.

Голова раскалывалась, и каждое слово отдавалось болезненным эхом. Я попыталась сесть, но тело отозвалось протестом.