Книга Выпускница бури, страница 33 – Ольга Пашнина

Не знаю, напугала меня внезапная догадка относительно содержимого или взволновала, но я крепко сжала коробочку и сказала:

— Можно, открою ее утром?

— Почему?

— Все Балы Огня кончались как-то… странно. Если за ночь ничего больше не произойдет, подарок станет отличным завершением праздника. А если произойдет… будет хоть что-то хорошее. Я хочу открыть его в комнате, возле камина, после ванны и с ощущением абсолютного покоя. Мне нечасто дарят подарки, я не люблю разбрасываться эмоциями. Понимаешь?

— С трудом, – улыбнулся Бастиан. – Я был завален дорогими вещами с детства. Вряд ли существовали материальные подарки, которые меня бы удивили или обрадовали. Но это твой подарок. Открой, когда будешь готова.

Сколько бы я ни придумывала предлогов, Бастиан все понимал.

— Хочешь вернуться на бал?

— Мы уже не успеем. – Я со вздохом оглядела себя, безуспешно попыталась пригладить растрепанные волосы и бросила взгляд в сторону валявшегося на земле платья. – Алайя убьет меня! Просто убьет!

— Не волнуйся. Скоро я буду представлять в Доме Огня свою девушку, и платье отлично подойдет на этот вечер. А реклама среди высшего общества стихийной магии в разы лучше, чем среди нищих адептов на родительском обеспечении.

— В смысле представлять?! Это опасно!

— Не опаснее, чем идти на Бал Огня. Пресса пронюхает, что мы вместе. Лучше ее опередить. На примере Арена и Фейн можно легко в этом убедиться.

Со вздохом я легла обратно на землю, не в силах больше противиться ее притяжению. На чистом небе мерцали звезды, правда, я их почти не видела из-за всполохов огненной магии и метели за пределами нашего теплого островка.

Ладонь удобно лежала в руке Бастиана. Все еще хотелось как следует ему двинуть, но не хотелось ссориться, потому что одиночество намного страшнее обиды. Однако я не могла не думать о таинственной Крис. Была ли она красивая? Любит ли он ее до сих пор? Если бы она умерла чуть позже, пришлось бы мне провожать ее душу?

Еще оказалось откровением то, что у Бастиана была какая-то жизнь до меня. Очень эгоистичное заявление, но я действительно пребывала в легком шоке. Я знала о его непростых отношениях с отцом, о бесконтрольной магии и обязанностях, но понятия не имела, что он взял на воспитание племянницу или был внебрачным сыном короля. Или вот, имел возлюбленную, которая умерла.

— Почему Кейман не взял Кристину в школу? То есть… если тебе тяжело, не говори. Но я не до конца понимаю, что между вами произошло.

— Не каждого можно спасти. Нам рассказали об этом много позже, но маги с нестабильным даром делятся на два типа. И если таких, как я или твоя подружка Фейн, можно спасти, можно обучить контролю. То некоторые просто слишком слабы для магии. Они в любом случае умрут, она не предназначена им. Крис была из таких.

— Да. Я бы тоже не хотела в такое поверить.

— Дело не только в вере. Он ничего не сказал. Мельком глянул на нас, как на лошадей на рынке, взял меня и проигнорировал Крис. А когда я потребовал посмотреть и ее, равнодушно вынес приговор. И они молча смотрели, как стадо баранов. А ей было очень страшно, и я не мог помочь.

— Мне так жаль.

— Не жалей меня, Делли. Все давно прошло.

— Кейман иногда бывает… бывает.

— Он извинился.

— Правда?

— Когда ты умерла. Сказал, что должен был объяснить все. И попробовать спасти Крис хотя бы для вида, потому что это могло помочь в моем обучении.