Книга Развод по-драконьи, страница 89 – Ольга Пашнина

Пока Джулиан мылся, я стояла над миской с яично-помидорной смесью и думала, что более странного вечера у меня в жизни не было. И кто тянул меня за язык, когда я приглашала Джулиана на ночь? А главное: что он будет делать завтра, послезавтра и все дни до начала рейсов? Не жить же здесь…

— Так что, ваши с Морганом отношения потеплели? – спросила я, когда Джулиан сел ужинать.

— Смотря что ты подразумеваешь под этим словом, рыжая. Мы точно не будем целоваться в десны и часами болтать о девчонках.

— Но ты спас ему жизнь. Мне кажется, это повод забыть старые обиды?

Показалось, Джулиан помрачнел, но в царящем полумраке и дрожащем пламени свечей сложно было рассмотреть оттенки настроения Златокрылого, и я списала все на усталость. У меня и самой закрывались глаза, я почти спала над тарелкой, чувствуя, что если не лягу в постель в ближайшие минуты, то усну прямо за столом, забив на гостя.

— Подушка не очень удобная, но другой нет.

Прислонившись к косяку, Джулиан сосредоточенно наблюдал за тем, как я застилаю постель.

— Значит, Дара раздает интервью? И что говорит?

— Выставляет тебя героем, рассказывает о подвиге. Обещает справедливое расследование. Не думаю, что это ее инициатива. Наверняка приказ Пламенеющего.

— Ты удивительно добра даже к врагам, рыжая.

Я удивленно на него посмотрела.

— Дара не враг мне. Я до сих пор считаю, что она была не права и что в поисковой операции важны каждые руки. И не скрою, ее тон… Она определенно знала обо мне больше, чем я о ней. Но в тот момент меня мало волновали эмоциональные трудности твоей бывшей подружки. Кстати, я понимаю, почему вы были вместе.

— Правда? И почему?

— Она крутая. Капитан отряда спасения, красотка, за словом в карман не полезет. Не пойму только, почему вы расстались. Мне кажется, вы бы стали идеальной парой.

Я закусила губу и на всякий случай затаила дыхание – Джулиан явно настроился ответить на вопрос.

— Она слишком властная, я бы сказал. Любит все контролировать, ненавидит, когда выходит не по ее. Яркая, да, красивая, дерзкая. Но с ней было сложно. И мы расстались.

— Ты ее бросил.

— Спасибо за уточнение. Да, я ее бросил. Возможно, не очень мягко.

— Не очень?! – ахнула я. – Да ты прислал ей вещи с курьером!

— А что, было бы лучше, если бы я сказал что-то вроде «дорогая, ты так заигралась в мамочку, что я рискую заполучить половую немочь на фоне переживаний»?

— Не знаю, придумать что-нибудь…

— Вот я придумал что-нибудь с тобой. И как вышло, понравилось?

Я не знала, что ответить. Как всегда, напоминание о прошлом ударило под дых. Джулиан не сводил с меня взгляда. Во тьме его зрачки казались черными, а в них весело плясали отблески свечей.

Мы оба подскочили от громкого стука в дверь и замерли. Одновременно с этим погасли все свечи, и я взмолилась, чтобы запах чадящих фитилей не достиг ночного визитера.

Неужели газетчики?!

— Квин! – раздался голос отца. – Мне нужно с тобой поговорить.

Джулиан нахмурился, а я, испугавшись, зажала ему рот ладонью.

— Не смей! Если он увидит нас вместе, то пойдет на второй круг! – прошептала я, на всякий случай даже не шевелясь. – Нас нет дома!

Джулиан флегматично пожал плечами, а отец принялся долбиться еще сильнее.

— Квин! Да где тебя носит, несносная девчонка?! Эй! Квин! Открывай!