Книга Принцессы ненавидят драконов, страница 101 – Ольга Пашнина

— Ариэлла, – папа улыбнулся, – я согласен на любые неудобства, лишь бы с ними все было в порядке.

Он отстранился, вытер с моих щек слезы и строго спросил:

— Вы с сестрой ведь не думаете отказаться от трона?

— Вообще… – Я закусила губу и на всякий случай отошла. – Все считают Кристи мертвой, и она не хочет править. Она собирается замуж за Астара, и я им подарила Райленторгию. А так нет, отказываться не будем. Разве что через пару лет нас погонят с факелами и проклятиями, но тогда мы улетим в драконью долину и отожмем у родственников Линда дом.

— Вы все-таки сохранили брак и любовь?

— Ну так, слегка поваляли…

— В этом я даже не сомневался. Ты выглядишь уставшей, детка. Все в порядке?

— Да. Видишь ли, пять лет Дортором правили Эртан и Мардук, поэтому у нас довольно много работы.

Я села на камушек, чтобы папа с мачехой смогли зайти в воду. Навь ненавидит отходить далеко от своего места обитания.

— Ты же понимаешь, что это навсегда? – тихо спросила я. – Что после смерти – если вдруг такая случится – ваши души исчезнут?

— Корнеллия! – Папа строго на меня посмотрел. – Я прекрасно образован и в курсе, что значит стать навью после смерти. Прекрати, пожалуйста, отчитывать меня, как будто это я однажды разорил целое гнездо родовых призраков герцога Малентийского.

Я слегка покраснела, но в темноте, к счастью, никто этого не заметил.

— Если я сказал, что тебе не о чем переживать, значит, не о чем.

— А если кто-то узнает, что бывший король теперь живет в болоте, спит с нечистью и питается мотыльками?

— Скажешь, что пенсионная реформа требует доработки.

— А может, мы перевезем вас во дворец? И вы еще немного поправите? – сделала я неубедительную попытку съехать с королевских обязанностей.

От такой наглости папа даже подавился мотыльком.

— Во главе Дортора никогда не будет стоять нечисть! Даже если она – это я сам!

Не прокатило.

— Посмотри на это с другой стороны, – сказала мачеха. – Ты в любой момент сможешь прийти сюда, чтобы посоветоваться.

— Не в любой, – поправил ее папа. – Днем я сплю. А вечером гуляю с Зомбуделем. И ночью обязательно мрачно шуршу в чаще, отпугивая заблудших путников. Имею я право хоть после смерти отдохнуть?

Вот как с ними разговаривать? У меня драма, у меня страдания, у меня отец из мертвых восстал! А они радуются и шутят! Никакой серьезности.

— Корнеллия? – раздался крик откуда-то из кустов.

Зомбудель ощерился и пригнулся, а мачеха шустро скрылась в озере. Только папа с присущей ему невозмутимостью не шелохнулся.

— А вот и путники. Надо пошуршать.

— Не надо шуршать, это Линд!

— Правда? Прости, дорогая, не признал. Нам стоит придумать пароль, чтобы я ненароком не утопил кого-нибудь из твоих друзей.

Папа наклонился и чмокнул меня в макушку.

Тут же из леса вывалился Линд и замер, то ли испугавшись, что его жену жрет какая-то зеленая тварища, то ли заподозрив меня в измене. Но луна вдруг вышла из-за облаков, озарив озеро, и муж так забористо выругался, что даже Зомбудель заскулил и закрыл лапами уши.

— Ваше величество?

— Линден, мальчик мой, рад тебя видеть! – безмятежно просиял папа. – Ты не захватил с собой бутылочку виски? Нет? Жаль, он отлично подходит к мотылькам. Хочешь, поймаю тебе парочку?

Линд с крайне обескураженным лицом повернулся ко мне, а что я? Я пожала плечами. Пусть поест, если хочет. У меня все равно нет свекрови, которую хватит удар от известия, что я кормлю мужа насекомыми.