Книга Драконы обожают принцесс, страница 97 – Ольга Пашнина

Мы дружно посмотрели на папу, соображая, как это он провел такие сложные лингвистические параллели. Даже я отвлеклась от шмыгания носом и попыталась найти подвох. К счастью, среди присутствующих не нашлось литераторов, так что драка во имя словообразования не случилась.

— Но доброта зачастую воспринимается как слабость, а свобода – как вседозволенность. Мы долго терпели, позволяя газетам высказываться, однако пора все это пресечь. Я отменю независимость прессы и заставлю их подчиняться правилам.

Я не удержалась и присвистнула. Отменять законы предков? Кто бы мог подумать, что ситуация примет такой оборот!

— Они переступили черту и должны ответить. Не ценят свободу – научим.

— Все это хорошо, – подал голос Линд, – однако не снимает вопроса, как газетчики проникли на территорию дворца. Не абы какого, а королевской резиденции, самого охраняемого здания в Дорторе. И не просто проникли и праздно шатались, а поджидали принцессу, явно рассчитывая застать ее врасплох. Нам сильно повезло, что это были нечистые на руку газетчики, а не убийцы. Господин Рогонда, вы – маг-охранник дворца, вам есть что сказать на этот счет?

«А не надо было спаивать главного боевика во дворце!» – хотелось ляпнуть мне. И вообще, чего это Линд тут раскомандовался? Мы еще не поженились. Да и теперь непонятно, поженимся ли. Платье испорчено, моя репутация похоронена, город наверняка гудит.

— Мне есть что сказать, – ко всеобщему удивлению сказал Лев, – однако… я бы предпочел сообщить эту информацию лично вам, мой король. Она не для посторонних ушей и довольно деликатна.

Папа задумчиво оглядел присутствующих. Задержался на моем зареванном лице, снова вздохнул и сказал:

— Здесь присутствуют лишь члены моей семьи, господин Рогонда. Мои дочери, сестра, мой будущий зять и его друг. Их это тоже касается.

— Как пожелаете. Дело в том, что репортеры не проникали во дворец, их впустила герцогиня Карвельская.

Воцарилась тишина. Астар и Линд нахмурились, они ни разу еще не слышали полного имени герцогини, мы с Кристи ахнули, а папа даже привстал.

— Мо-о-од?!

Тетушка впервые с момента, когда все собрались в кабинете, подала признаки жизни. Она выглядела совершенно спокойной, словно и не собиралась умирать во цвете лет от сердечного приступа не далее как десять минут назад.

— Да, я пригласила газетчиков, чтобы они написали статьи о подготовке к королевской свадьбе. Люди должны видеть, что Корнеллия – настоящая принцесса, не имеющая ничего общего с образом, который для них нарисовали. Пора уже вступиться за свое имя, Арлин. Я сочувствую твоей трагической истории любви, однако пора вынырнуть из горя, в котором ты с удовольствием барахтаешься, и взглянуть на окружающий мир. Газеты – движущая сила этой страны, и с ней нужно считаться.

— Считаться – значит лебезить?! – Кристи даже вскочила на ноги.

Я никогда не видела сестру такой. Впервые в жизни я прямо ПОВЕРИЛА, что из нее получится королева.

— Они в нас плюют, а мы должны им улыбаться?

— Ты – принцесса! – отрезала Мод. – Ты должна быть готова к критике, раз уж осмелилась носить тиару.

— Нет, тетя! Никто не должен быть готов к тому, что о нем напишут гадости! Никто не должен быть готов к тому, что про него начнут распускать слухи! Никто не обязан молча терпеть то, что ты и эти… свободные газетчики называете критикой! Это травля! А сегодня она превратилась в преследование!