Книга Вкусная магия, страница 174 – Ольга Пашнина

Я и сама не могла объяснить, что случилось ночью, почему я упала в обморок. То есть это наверняка стало реакцией на магию Уилла, но почему-то я не стала говорить, что именно он делал в моей комнате. Сама не знаю почему. Черные кристаллы были мне не знакомы, и очень хотелось узнать о них поподробнее. Я бы полистала гримуар Алессии, но в моей комнате постоянно кто-то дежурил!

А Эрл мне все-таки отомстил. Гордо притащил какой-то мелок, сказал, что это современное средство от глаз, и он назвал его «Хейлин».

То и дело по дому разносился здоровый мужской бас:

— Никто не видел Хейлин?! Надо глаза потравить.

Уилл при этом начинал неприлично ржать, согнувшись в три погибели. К слову, Торн явно чувствовал вину за мой обморок, поэтому развлекал меня чаще всех. Мне так и не удалось выяснить, чем же он здесь занимается. Да и вообще рудник предстал странной организацией. Вспомнить только разговор, подслушанный в самом начале.

Еще меня осмотрел лекарь (эту должность совмещал один из горняков) и озвучил вердикт:

— Переутомление. Постельный режим и усиленное питание.

— Да что она делала-то?! – поразился Торн.

— Тебя терпела, – пробурчала я и заползла под одеяло.

Утомление, так утомление, буду изображать из себя страдающую невинность.

— Что ж, отдыхай, Хейлин. Стандартный больничный у нас три дня, по истечении посмотрим, как ты себя чувствуешь, и решим, как избежать такого впредь, – сказал Кейн.

Потом почти все разбрелись по своим местам, и мне стало дико скучно. Оказалось, праздное безделье – не так уж и круто, когда тебе не разрешают вставать и заниматься тем, чего душа изволит. Сначала я подробно описала все свои злоключения Рикки, потом подумала, не написать ли отцу. Но от этой идеи в итоге отказалась: раз папа проигнорировал мое первое письмо, унижаться и снова просить обратить на меня внимание я не стану. Пусть первый идет на мировую.

— Принеси хоть книжек каких-нибудь, – попросила у Уилла.

И он принес. Хоть какое-то развлечение: скоротала десять минут, кидаясь в Торна увесистыми томами.

— Советы идеальной жены?! Энциклопедия послушания?! Похождения годморстенской куртизанки?! Ну и библиотека у вас!

Видимо, не издеваться надо мной было выше сил Уилла. Раз почитать тоже не получилось, я просто валялась. В редкие минуты, когда меня оставляли одну, прилетала Умбря, и мы более-менее весело проводили время. А еще теньке оставалась целая куча еды, потому что усиленное питание у горняков значило гору еды и еще полдник.

К концу первого дня больничного, когда Кейн пришел справиться о моих делах, я взмолилась:

— Пожалуйста, можно мне выйти?! Я посижу в гостиной, полистаю книгу, поболтаю с кем-нибудь. Это же не комната, это клетка! У меня тут второй обморок случится, но на этот раз от скуки!

То ли аргумент был убедительный, то ли не хотелось связываться, но Кейн все же разрешил мне спуститься в гостиную. Там я взяла чашку горячего мятного чая и устроилась у окна, глядя на морозный лес, где снег валил пушистыми белыми хлопьями. Красиво…

Уилл неподалеку рубился с Цвейгом в шахматы, прихлебывая чай и таская из большой вазы сдобные пышки, Кейн заполнял какие-то журналы и готовил письма для вечерней отправки. Еще пяток горняков просто сидели и о чем-то негромко спорили.

К собственному стыду, я до сих пор знала не все имена. Тех, с кем изредка перекидывалась парой слов, узнавала и приветствовала, а остальных… Надо будет выделить время и как следует познакомиться. Так-то, в сущности, они были неплохими ребятами. И не их вина, что они оказались на линии огня между мной и отцом.