Книга Вкусная магия, страница 144 – Ольга Пашнина

— Котлетка?

— Она самая. Очень полезная морковная котлетка. Целых три! А для улучшения пищеварения – печеное яблочко. Я бы намазала медом, да не нашла.

— Медом? – Он уже почти сипел, а лицо выражало такой шок, я аж пожалела, что не знаю, где лежит аптечка.

Но Кейн вряд ли был бы руководителем, если бы не умел брать себя в руки. Пожав плечами, он хмыкнул и громко, чтобы было слышно в каждом уголке столовой, возвестил:

— Ну что, господа, в темпе завтракаем – и по местам. За все благодарим Эрла.

После этого очередь пошла живее, а вот Уилл стоял в самом конце и о чем-то весело беседовал с бородатым грузным мужчиной. Когда они подошли к окошку, мужчина получил свои законные котлетки, а затем настал черед Торна.

— Котлетка, – усмехнулся он, – может, найдешь что-нибудь мужское на завтрак?

— А, да без проблем.

Вот как знала!

— Держи. Настоящая мужская морковка. Грызи на здоровье.

Не стала наблюдать за тем, как лицо Уилла медленно вытягивается. Он взял толстую короткую морковку исключительно от растерянности, а вот отреагировать не успел: я захлопнула окно и скрылась в кладовке.

— Ты тут? – спросила.

Синие глазищи вылетели из-под полки.

— Тоже буду тут прятаться. Но ты лучше не вылазь, вдруг меня найдут.

В темноте и тепле я почти уснула. Все-таки для девушки, привыкшей вставать изрядно после восхода солнца, ранние северные побудки были тем еще испытанием. Оставалось только с ужасом представлять, во что спустя пару недель превратится кожа. И масла не найти, чтобы хоть как-то защититься от такого режима. Волосы уже превратились в копну соломы, скоро от толпы горняков меня можно будет отличить исключительно по размеру ноги.

Приготовив на всех завтрак, я сама поесть не успела. И теперь страдала, чувствуя, как от голода сосет под ложечкой. Но вылезать не хотелось. Мало ли кто меня там поймает, а так, может, и забудут.

Нашла в одном из мешков яблоко и принялась грызть. Прошмыгну к себе, когда все поедят. Запрусь, и пусть сами кормятся. Что-то я недооценила усталость.

В полной тишине послышались тяжелые шаги. Я шикнула на завозившуюся в глубине кладовки тень и затаилась сама.

— Хейлин, – это был Кейн, – прекрати прятаться. Все равно найду. Мне надо с тобой поговорить.

Молчу. Вдруг прокатит?

— Хейлин! Ты уже не ребенок, вылезай немедленно!

— Или что? – вырвалось у меня.

Тут же прикусила язык и обругала себя.

— Ага! Нашел!

Кейн распахнул дверь кладовки, и яркий свет хлынул в помещение. Тень, к счастью, удачно забилась куда-то за мешки с крупами.

— И что ты тут делаешь?

— Точу в ночи, – буркнула, помахав яблоком. – Что, Уиллу не понравилась морковка? В следующий раз дам ему банан.

Кейн тяжело вздохнул и сел на ближайший стул. Так мы и разговаривали: я из кладовки, он вещал со стула, а тень просто развесила призрачные уши.

— Видит Светлейшая, я не нанимался няней для взрослой девицы.

— В этой заднице мира обращаться надо исключительно к Темнейшему, даром что его не существует. Светлоликая про это место явно забыла.

— Конечно, ведь ее благословением озарены только термальные источники и шоколадное обертывание. Никак не работяги, да?

— Вот видите, и сами все понимаете. Ну, я пошла, еще дел столько…

— Сидеть! – рявкнул начальник.

Тут-то мне и стало понятно, за какие заслуги Кейна назначили главным. Вряд ли, конечно, горняки реагировали на его командный голос так же, как я, но к порядку он призывать умел, это точно.