Онлайн книга «Учеба до гроба»
|
Дожидаться конца занятий не стала, сбежала. * * * В коридоре я увидела мужские ботинки и отстраненно удивилась – папа носил не такие. Опять, что ли, Смерть явился? Чувствую я, скоро будет как в анекдоте: – Ваша дочь только что согласилась стать моей женой… – Сам виноват, нечего было сюда каждый вечер шляться! Игнорировать тот факт, что Смерть проявляет ко мне повышенный интерес, смысла не было. И при этом он словно бы и не возражал против моей дружбы с Максом, хотя прекрасно понимал, какие чувства между нами могут вспыхнуть. Ну и как понять этих мужиков? Потом раздался мамин смех, какой-то непривычный, я такого от нее никогда не слышала. Ну а последним аккордом на рык Цербера из гостиной прозвучало приглушенное «фу». И «фу» это имело голос Голода. Я влетела в гостиную, офигевшая настолько, что из головы вылетели все слова, за исключением матерных. Мама и Голод явно перепугались, а я почувствовала себя так, словно выхлебала бутылку левого вина и уснула где-то под столом на шумном празднике. И мне вот такое приснилось. Голод зашел обсудить мое замужество – сказала бы я, если бы мама поспешно не свалилась с его коленей, а сам потенциальный свекор не начал усиленно пытаться мимикрировать под диван. — Мама! – пораженно воскликнула я, роняя на пол сумку. — Джульетта… – откашлявшись, поднялся Голод, за что получил мой яростный взгляд – и тут же сел. Я медленно сделала несколько шагов к выходу, затем развернулась и припустила со всех ног. Но чертова магия – дорогу мне преградил Голод. Всадник появился менее эпично, чем Смерть на косогонках, но тоже впечатляюще – в вихре золотистых искр. Вообще, завхозу академии больше бы подошел торнадо из метелок или ураган щеток для мебели. — Джульетта! Ты… — Не так все поняла? Дайте подумать… вы занимались рукоделием, и это был мастер-класс кройки и шитья? Или дискуссионный клуб «Хозяюшка»? — Ты взрослая девушка, ты… — Если вы меня удочерите, брак с Риком – против правил. — Ты это Зевсу скажи, – хмыкнул Голод. – Мы с твоей мамой… — Жалкие предатели, – закончила я. — Мы хотим… — Звездюлей? — Джульетта! – почти умоляюще простонала мама. — Дверь от туалета! – рявкнула я в ответ. – Как ты можешь? Вы с папой прожили столько лет! Не подходите ко мне! Развлекайтесь сколько хотите, а я сваливаю! В спину мне понеслись оклики и просьбы, но я все равно бегала быстрее, чем полуголый мужик. Пролетела весь квартал, мельком увидела, что Харона нет, и понеслась к мойрам. Совсем забыла, что Макс остался на экваторе, и вспомнила, лишь когда вышла из лифта торгового центра. — Замечательно! – в сердцах я пнула огромную игрушку-енота, который оказался всего лишь костюмом. Совсем не по-енотовски меня обматерили и оставили в гордом одиночестве. Ну… это как посмотреть, конечно, – в одиночестве… — Джульетта! Как я рад вас видеть, просто несказанно рад! Алибека я сначала услышала, а потом уже увидела. Как всегда, одет с иголочки, улыбается во все зубы и сражает обаянием. Пытается, по крайней мере. — Здрасьте, – уныло пробормотала я. — Что-то случилось? Выглядите неважно. Вот уж удружил, спасибо. Мастер комплиментов в стиле «Милая красавица, в ваших мешках под глазами не найдется сигаретки?». — Все в порядке. – Я попыталась отмахнуться, но врач был могуч, горяч и приставуч. |