Книга После развода. Спектакль окончен, страница 19 – Милана Усманова

«Хорошо. Когда?»

Коротко. Сухо. Без эмоций. Он почувствовал странный укол в груди. Она даже не спросила почему, не попыталась отговорить, не написала ничего лишнего. Просто согласилась.

Он набрал быстро: «В субботу? Встретимся, обсудим, вместе подадим заявление».

«Ок. Напиши адрес, где именно».

Коротко, деловито, как переписка с коллегой. Михаил положил телефон, чувствуя пустоту внутри.

Дверь спальни открылась. Ольга вышла, всё ещё с красными глазами, но уже успокоившаяся.

— Ты написал ей? — спросила тихо.

— Да. В субботу встречаемся, подадим заявление.

Лицо Оли мигом просветлело, она подошла, обняла его за шею, прижалась.

— Спасибо, Мишенька. Я знаю, ты меня любишь. Прости, что накричала. Просто я так волнуюсь за нас.

Он обнял её в ответ, уткнувшись носом в её волосы, пахнущие сладкими духами. И вдруг почувствовал, как внутри всё сжимается от смутной тревоги.

Суббота наступила слишком быстро…

Михаил пришёл в кафе вовремя, остановился перед входом, собираясь с духом. Руки слегка дрожали, он сунул их в карманы куртки и, толкнув дверь, вошёл в помещение, где было тепло и пахло кофе. Он увидел Дашу сразу, сидящую за столиком в глубине зала, подальше от окон. Она выглядела иначе. Не лучше, не хуже. Просто иначе. Лицо осунулось, под глазами тени, но спина прямая, взгляд твёрдый. Она была в сером вязаном свитере и джинсах. Никаких украшений, минимум косметики.

Он подошёл, попытался улыбнуться, но мышцы лица не желали слушаться.

— Привет, — сказал, садясь напротив.

— Привет.

Молчание легло между ними тяжёлым грузом. Михаил взял меню, не глядя в него, просто чтобы занять руки. Даша пила чай маленькими глотками.

Он сразу же перешёл к делу, и почти бывшая жена не стала спорить и даже согласилась продать машину, поделить деньги пополам. Дарья не пыталась торговаться, пытаясь выбить больше, она не спорила и не кричала. Михаил почувствовал странное разочарование. Ему хотелось, чтобы она хоть как-то показала, что ей не всё равно. Что он для неё всё ещё хоть что-то значит.

А ещё она выбросила его вещи… Он и представить не мог, что это настолько его заденет! Обида буквально вцепилась острыми клыками ему в сердце и сомкнула мощные челюсти.

Она выкинула всё. Стёрла его из своей жизни, как стирают ошибку…

— Даша, я… не хотел причинять тебе боль.

Она посмотрела на него, и в её взгляде не было ничего. Ни ненависти, ни любви. Просто пустота.

— Но причинил. И уже ничего не изменить.

Она развернулась и вышла из кафе, не оглядываясь. Михаил остался стоять, глядя ей вслед через запотевшее окно. Даша шла по улице и вскоре растворилась в толпе прохожих. Он опустился обратно на стул, заказал кофе, который не хотел пить. Сидел, глядя в пустую чашку, чувствуя, как внутри нарастает странное, тягучее чувство потери.

Вскоре они окончательно станут друг другу чужими людьми, когда-то делившими одну постель и жившими под одной крышей.

Он добился этого.

Но тогда почему же так тошно?

Вернувшись в квартиру Ольги, Михаил обнаружил её на диване, укутанную в плед, с кружкой чая в руках. Она смотрела какой-то сериал, но когда он вошёл, выключила телевизор, повернулась к нему с напряжённым выражением лица.

— Ну? — спросила она, ставя кружку на журнальный столик. — Как прошло?

— Нормально, — он скинул куртку, повесил на вешалку. — Подадим заявление завтра. Через месяц будем разведены.