Книга Она возвращается, мы разводимся, страница 2 – Лара Вагнер

— А всякие полезные советы мне мама даст. Настоящая. Твое мнение нафиг не уперлось!

На миг перехватывает дыхание. Что означают слова Кристины? Они просто брошены в сердцах и ни на чем не основаны? Или?..

— Что ты имеешь в виду?

Она прижимает кончики пальцев ко рту, и тут же отдергивает руку. Наверное, кожу жжет от любого прикосновения.

— Ой… Только не рассказывай папе, что я проговорилась! Случайно вышло.

— Кристиночка, давай не будем ссориться. Хорошо? Просто объясни, о чем ты говорила. Ты с ней общаешься?

— Ну… мы переписываемся. И она скоро возвращается. Переезжает из Москвы.

— А папа в курсе?

— Ага. Помнишь, он после Нового года в Москву ездил? Как бы по делам фирмы. Тогда они с мамой все решили. Это пока секрет. Не выдавай меня!

— Не выдам.

— Честное слово?

— Честное слово. Но ты должна смыть всю эту гадость.

— Без проблем!

Кристина сразу становится шелковой. Обычно так и бывает, когда нужно скрыть от отца ее мелкие тайны и проделки. Его она предпочитает не злить и не разочаровывать. Прекрасно знает, перед кем можно разыгрывать спектакли, а перед кем точно не стоит. Когда он захотел, чтобы Кристина называла меня мамой — она легко согласилась. Правда, обращается так ко мне исключительно при отце. А наедине — по имени. Мне бы очень хотелось, чтобы Кристина считала себя моей настоящей дочерью. Однако ничего не могу изменить, как бы не старалась быть чуть ли не заботливей родной матери. Характер Кристины начал проявляться уже давно, когда я только появилась в этом доме.

Почти четырнадцать лет назад

В то летнее утро я проснулась от настойчивого телефонного звонка. Бодренькая мелодия повторялась снова и снова, никак не желая стихнуть и оставить меня в покое. А в самом начале первых институтских каникул так хотелось как следует отоспаться и расслабиться. И только потом, примерно через недельку заняться чем-нибудь полезным. Однако телефон расслабляться не давал.

Я вытянула руку и подняла его с тумбочки. На экране светилось:

“Анжелка”

Бывшая одноклассница ни за какие коврижки не оставила бы попытки дозвониться. Раз уж ей чего-то понадобилось. Не такой человек, чтобы останавливаться на полпути.

Пришлось ответить. Тем более, и час уже был совсем не ранний. Четверть десятого.

— Привет.

— Привет! Наконец-то ответила! — затараторила Анжела. — Неужели спишь еще?

— У меня вообще-то каникулы.

— У меня тоже. Но уже с утра работаю! Пашу, можно сказать. В отличие от некоторых.

— Очень рада за тебя, Анжел. Ты что-то хотела? Или просто так звонишь?

После короткой паузы Анжела сказала:

— Ну-ууу-у, я все равно собиралась позвонить, поболтать… Но сейчас очень срочное дело!

— Какое?

— Ты сможешь меня выручить?

Я насторожилась. Обычно отклик на просьбы Анжелы ни к чему хорошему не приводил. Начиная с первого класса. Почти каждый раз какая-нибудь дурацкая ситуация — то замечание в дневник, то жалоба родителям от соседки, то порванное платье… Не всегда, конечно, такие плачевные результаты, но частенько. Когда мы подросли, ситуация осталась прежней, только неприятности слегка “повзрослели”.

— Можешь конкретно сказать?

— Понимаешь, я устроилась няней работать. А сегодня надо отлучиться на пару часов. Посидишь вместо меня с ребенком, ладно?

— Нет! Я вообще не умею с детьми обращаться. Такая ответственность… я боюсь… Поищи кого-нибудь другого, Анжел. Ну, Кате Захаровой позвони. У нее двое братишек мелких. Она привыкла.