Книга Менеджеры халифата, страница 84 – Ирина Дегтярева

— Присаживайся, дорогой, – предложил Кюбат иезуитским тоном.

Он достал ключи от наручников и прищелкнул Тарека к поручню на столе, напротив незнакомца. Между ними было около метра.

— Ну что же, поговорим, – потер руки митовец, присаживаясь на край стола, ближе к Тареку. – Теймураз, скажи, ты знаешь этого человека?

Кюбат говорил по-турецки. Стеклянный опустошенный взгляд черных глаз Теймураза медленно переместился на Тарека. Он смотрел словно сквозь иракца.

— Не-ет, – вяло ответил он.

— А тебе знаком этот человек? – Кюбат чуть повернул голову в сторону Тарека.

Созерцая мясистый нос турка в профиль и его рельефный лоб, полковник подумал, с каким наслаждением он стиснул бы крепкую шею Галиба в своих руках.

— Нет. Впервые вижу, – он дернул плечом, скользнул взглядом по Теймуразу. – А должен знать?

— Да. Он русский разведчик, такой же, как и твой Кабир.

— Чепуха! – искренне воскликнул Тарек. – Ты же с ним общался. Кабир араб! Самый настоящий!

— Можешь пока поиграть, – разрешил турок. – Правда, актер из тебя никудышный. Сядешь на полиграф, для начала, – оттенил он, подразумевая, что в дальнейшем может состояться допрос под воздействием спецпрепаратов, как в случае с Теймуразом, и тогда игры закончатся.

— Ты имеешь в виду детектор лжи? – наивно уточнил Тарек, нисколько не опасаясь этого прибора. В свое время он проверял многих коллег с помощью полиграфа, вникал во все тонкости, как можно обмануть детектор.

Проигнорировав вопрос, Кюбат снова обратил свое внимание на Теймураза:

— Ты знаешь Кабира Салима?

— Не-ет, – так же вяло ответил мужчина.

— Ты знаешь Горюнова?

— Да.

— Кто он?

Теймураз замялся.

— Не понимаю.

Тарек посмотрел на него с удивлением. Незнакомец явно сопротивлялся воздействию спецпрепарата, которым его накачали. Дело, конечно, и в спецподготовке, однако все же химический препарат на каждого человека действует индивидуально и довольно непредсказуемо, так как это связано с физическим состоянием. Если человек был измотан физически и морально, то и сопротивление ослабевает.

Теймураз был измотан, Тарек понял это по его истощенному виду, бледности и темным кругам под глазами. Но все же держался.

— Салим и Горюнов – один и тот же человек. Ты понимаешь? – Кюбат спрашивал Теймураза, но искоса посмотрел на Тарека, ожидая от него определенной реакции.

В этот момент Тарек прикидывал, выдержит ли он сам воздействие спецпрепаратов и какие именно разновидности применяют турки при допросах с пристрастием. «Все-таки я уже немолодой, – оценивал он свои возможности. – Может, стоит вскрыть карты, как мы и оговаривали с Кабиром? Или не наступил еще критический момент? Зачем Кюбат устроил этот допрос в моем присутствии? Кто этот Теймураз?»

— Я не знаю Салима, – у Теймураза вдруг прояснился взгляд, и он довольно осмысленно сказал. – Ты пожалеешь, Кюбат. Мёрфи тебе не простит.

— Он мне спасибо скажет, что я вычислил крысу. Я всегда тебя подозревал. Ты и Горюнова нам подставил нарочно, зная, что тот не станет с нами полноценно работать.

— Я не мог прогнозировать, как он себя поведет. И контролировать не мог, вы же решили меня «убить».

Кюбат снял трубку телефона, висевшего на стене за его спиной, и, нажав несколько цифр, сказал:

— Бюлент, зайди. Живо!

Тарек внутренне дрогнул. Теймураз сидел все так же, почти неподвижно, но слегка ссутулился. Он, вероятно, уже знал, кто такой Бюлент.