Книга Черный халифат, страница 81 – Ирина Дегтярева

— Не-ет, – Петр послушно сел к столу, но покачал пальцем в воздухе, заметив, что ноготь на пальце сломанный и не слишком чистый. – Вы что же задумали? Провокацию? Я с этой своей писулькой, – он постучал тем же самым ногтем по пока еще пустой бумажке, – ринусь к вам. По дороге меня возьмут под белы рученьки. А арест перечеркнет окончательно пути отступления. Только я и не собираюсь отступать – вот в чем загвоздка. И арест лишь усугубит наши с вами отношения. Скорее всего, вызовет у меня внутренний протест. А я, между прочим, человек упрямый. Это так, к сведению. Если вы меня прижмете слишком сильно, я ведь выскользну из рук.

— Каким образом? – излишне вежливо полюбопытствовал Хасан.

— А это уже мое дело. Просто еще раз повторю – не надо на меня излишне давить, тогда больше получите. Отчет я напишу. Подождите здесь и заберете.

— Если бы мы хотели провернуть все вышеизложенное, вас могли задержать и здесь с вашей, как вы выразились, писулькой. Вы что-то слишком подозрительны. Ну что же, воля ваша, я подожду.

Он сел на диванчик у стены, закинув ногу на ногу, продемонстрировав темно-синий лакированный ботинок.

Раздраженный Петр решил, если кто-то сунется в номер, он успеет свернуть шею своему новоявленному куратору. С большим удовольствием. Эта ликвидация будет для него козырем перед Центром. Но, конечно, в том случае, если его обменяют, и не забьют до смерти митовцы.

Хасан не догадывался о нависшей над ним угрозе и терпеливо ждал отчет, равномерно покачивая ногой, от скуки, а не от нервного напряжения. Он был абсолютно уверен в себе и своем профессионализме и в том, что эфенди Горюнов связан по рукам и ногам. Заполучить такого агента – успех невероятный для контрразведчиков.

Петра не устраивало быть чьим-то трофеем, а утешало лишь то, что он не занимал такой пост, который позволял бы ему знать или раздобыть сведения о других российских разведчиках. Хасан, видимо, понимал это и попытался выведать другое:

— Кто у вас на связи в Стамбуле?

— Никого, – пожал плечами Горюнов, откладывая ручку. В отчете он изложил лишь то, что мог знать и Галиб и что мог подтвердить.

— Вот уж не поверю!

— Вот уж поверьте! Почтовый ящик – это все, что тут есть. Стамбул для меня не место постоянной работы.

— А инструкции от кого получаете?

— Так же. Звоню, подтверждают, что закладка сделана. И забираю. Зачем лишний риск? Я не вижу тех, кто забирает или делает закладки.

— Укажите в отчете места закладок. И номер телефона.

Петр выдал старые тайники, которыми пользовался еще в бытность его в Стамбуле в прошлый раз. Телефон тоже дал старый. Он не сомневался, что после его вчерашнего сообщения в Центр, все их люди в Стамбуле настороже и сменили места дислокации.

— Мне пора уезжать, – сказал Петр. – Если я в ближайшие сутки-двое не улечу в Россию, то в Центре это вызовет определенное беспокойство.

— У вас польский паспорт. Вы планируете лететь сразу в Россию? – Хасан взглянул на часы, словно и не ждал ответа. – Мне нужно время, чтобы определиться с заданием для вас и способами связи. Приходите через три часа в магазин. Мы продолжим наше многополезное общение. Заодно заберете ковер – это оправдает ваше очередное посещение нашего магазина, на случай если за вами приглядывают.

Горюнов кивнул, соглашаясь.