Книга Черный халифат, страница 18 – Ирина Дегтярева

— Не местный, что ли? – спросил Эмре, не отрываясь от бритья клиента, даже не глядя на вошедшего.

— Давно не был в городе, – ответил Петр парольную фразу.

— Соскучились по дождичкам? – улыбнулся парикмахер, повернув к нему круглое лицо с крошечными усиками а-ля Пуаро.

— Сплю и вижу стамбульскую хмарь и туманы над Босфором.

Усатый в кресле заскучал и начал задремывать. Усевшись в уголке около низкого столика, Горюнов ждал. Здесь раньше он не бывал. Эмре еще, наверное, в школе учился, когда Петр уже работал в Стамбуле.

На стене висел назарлык от дурного глаза и больше никаких украшений – голые окрашенные бледно-голубой масляной краской стены. Только картонный портрет Ататюрка, заткнутый краешком под уголок одного из зеркал. Вишневая штора, закрывающая вход в подсобное помещение, колыхалась от сквозняка. Петру неимоверно хотелось спать после бессонной ночи.

Наконец усатый ушел, а Эмре запер дверь.

— В это время редко кто приходит. Обычно к вечеру. А эфенди Бахар работает в порту, после ночной бреется.

Петр кивнул, убедившись, что угадал с профессией усатого.

— Что это у тебя? Пиаф? – Он кивнул на небольшой синий магнитофон, из которого доносилась музыка.

— Французские туристы оставили. Ты французский знаешь?

— По необходимости.

— Это как? – заинтересовался Эмре.

— Если за девушкой поухаживать надо, то могу изобразить пару фраз.

Дамла рассмеялся и вдруг предложил:

— Давай тебе бороду подровняю. А то ты как шайтан выглядишь.

Петр сел в кресло, вспомнив свою парикмахерскую в Багдаде. Она мало чем отличалась от этой. «Интересно, какая открылась раньше? Эта или в Багдаде? Вернее, в какой из них раньше стали работать такие, как я и Эмре?» – подумал он, сонно пялясь на свое бородатое отражение.

Он считал, что идея с парикмахерской – отличная. Где люди еще так расслаблены и разговорчивы, как не в восточной цирюльне? Масса сплетен, из которых при определенном умении можно вычленить полезную информацию. Тем более в таком районе Багдада, где собираются радикальные исламисты, бывшие офицеры иракской армии, выброшенные на обочину, благодаря стараниям американцев – борцов с мировым терроризмом.

— Что тебе понадобится? – выдернул его из раздумий Эмре.

— Документы, оружие, тачка, желательно японский джип.

Эмре присвистнул и рассмеялся:

— Наглые вы там в Центре! Думаешь, это так просто?

— Я работал в Стамбуле. Вполне реальные запросы. Да, еще и вербовочную конторку бы разыскать. Хотя, – Петр смахнул с бороды состриженные волосы и встал, – сам справлюсь. Скажи лучше, это ты информацию передавал насчет Аббаса?

— Не-ет, – чуть удивленно протянул Эмре. – Но я догадываюсь, кто снабдил Центр сведениями. Он у меня на связи был. Грек. Для него тут стало небезопасно, он уехал в Европу.

— Откуда он тогда узнал про Аббаса?

Эмре пожал плечами.

— Кабир Салим? – уточнил он имя Горюнова. – Нужна будет твоя фотография. Пойдем в подсобку. А вербовщики – не проблема.

Эмре так решительно отдернул штору, что Петр с опаской заглянул в соседнюю комнату. Нет ли там вербовщика? Или печатного станка. Эмре тут, что ли, сам паспорта штампует? Но ничего особенно в подсобке, конечно, не было. Диван, покрытый черно-красным ковром, квадратный стол у стены, металлический зеленый шкафчик, какие бывают в спортивных раздевалках. Отсутствие окон компенсировало несколько люминесцентных ламп.