Книга Под наживкой скрывается крючок, страница 79 – Ирина Дегтярева

— Вот так, — пытаясь замять неловкость семейной ссоры, по-русски сказал Алексей сыну. — Будешь двойки из школы таскать, отправлю к дяде Панаджиотакису на перевоспитание.

Но, оказывается, никакой ссорой в семье Сотириадис это не считалось. Кирос как ни в чем не бывало сел к столу и общался с Алексеем и его женой, правда, то и дело украдкой потирал побагровевшую щеку…

Это при том, что Кирос руководит собственным офисом операций (Operations Office) и тремя оперативными подразделениями, одно из которых — департамент С, осуществляющий расследование всех серьезных преступлений Кипра. Департамент состоит из регистратуры; оперативного отдела; базы данных по преступлениям; базы данных по оружию; подразделений по борьбе с экономическими преступлениями и по взрывчатым веществам; отделов — культурного наследия, уголовной разведки, по борьбе с торговлей людьми, по борьбе с преступлениями на почве региональной, расовой, религиозной ненависти или вражды, по сбору информации о хулиганстве, по предупреждению и борьбе с семейным насилием и жестоким обращением с детьми, по борьбе с преступлениями, посягающими на интеллектуальную собственность и незаконным игорным бизнесом и некоторых других. Еще два подразделения находятся в подчинении Кироса — Криминалистическая служба (лаборатории и секции) и Служба по контролю за оборотом наркотиков (тесно взаимодействующая с Интерполом, Европолом, ООН и так далее). Вообще, его должность сопоставима с третьим лицом в МВД РФ…

Кирос сидел на капоте своей новенькой серебристой «мазды», крутил солнцезащитные очки за дужку и задумчиво смотрел на сухое пыльное русло реки. Оно почти никогда за последние годы не увлажнялось, даже в дождливые месяцы, хотя вдоль русла живенько росла зелень. Наконец Кирос увидел машину Руденко и взмахнул рукой.

— Может, поедем куда-нибудь? Поедим? — спросил он, подойдя к машине и пригнув голову к опустившему стекло на дверце Алексею. Киприоты любили решать все вопросы за обильной трапезой.

Через пятнадцать минут они сидели в ближайшей таверне и сосредоточенно пили холодный апельсиновый сок.

— Ты помнишь историю с гибелью нашего торгпреда?

— Ну, допустим, — наморщил высокий лоб Кирос. Он с завистью посмотрел на довольно длинные волосы Руденко. — Вот всегда хотел иметь волосы до плеч. У меня ведь они красивые и вьются. — Полицейский провел рукой по коротко стриженной голове. — Сначала отец не разрешал, теперь по службе не положено. У нас только тем, кто под прикрытием работает, разрешают иметь любую прическу и бороду.

— Отращивай усы, — с усмешкой посоветовал Алексей. Он знал, что по уставу полиции усы носить разрешается.

— Да ну тебя! Так что с вашим торгпредом? Он ведь разбился на машине, насколько я помню. Тебя не было на Кипре. Приезжал тот ваш человек Лепш… Лапш…

— Неважно, — отмахнулся Руденко. — Мне нужно бы получить документы по тому делу. Вы ведь все равно проводили какое-то расследование?

— Но ваш посол не разрешил вскрытия и проведения анализов, — почти искренне возразил Кирос.

— Зная твой характер, не поверю, что ты не полюбопытствовал. А где машина торгпреда?

— Тиос^[11] Алексис, ты переоцениваешь меня, — лукаво белозубо улыбнулся Кирос. Он достал сигареты и испуганно, по-мальчишески взглянул на Руденко: — Отцу не говори, что я курю. Он сам дымит, а мне не разрешает.