Книга Операция «Пилот», страница 109 – Ирина Дегтярева

— И в СНБ? — с иронией уточнил Ермилов.

— Это нам неведомо, — почти серьезно ответил Плотников и добавил: — И не наша проблема. Нам своих хватает. Направь Егорова в Казань. Надо проследить, чтобы со Стасом не упустить детали при задержании и обыске. Особенно все, что касается его связи с Гинчевым. Компьютер его рассмотреть под микроскопом. Все из него выжать: переписку, документы, которые добывал здесь по просьбе Гинчева и пересылал ему. Счета, кредитные карточки. Одновременно с обыском пусть журналисты запускают в эфир полученную от нас и ЦОС информацию. Все ясно?

— Так точно.

— Как там твоя Меркулова? Готова к труду и обороне?

— Она не моя, — привычно проворчал Ермилов, злясь на подколки, — и да, как всегда, готова.

* * *

На следующий день Горюнов смотрел телевизор, наслаждаясь сюжетом про неудавшуюся операцию военной разведки Украины, названную с его легкой руки операцией «Пилот», и представляя, какую этим разоблачением они подложили свинью Гинчеву и в его лице МИ6.

Он считал, что ДВКР от души развлекся, проводя игру с гуровцами. Таких игр, наверное, со времен Великой Отечественной не было. Ну, собственно, сейчас снова война с нацистами.

Меркулова в синем брючном костюме с аккуратно уложенными волосами, а не с вороньим гнездом на голове, сообщала с экрана телевизора, что сейчас, прямо в данный момент, происходит завершение операции — задержание фигурантов по делу. По другому каналу парень-журналист говорил буквально то же самое, но представил зрителям свой видеоряд.

Александра заглянула в гостиную, где курил Горюнов, уставившись в экран большого телевизора, висевшего на стене.

— Прекрати курить! Сейчас будем антибиотики колоть. — Она пошла за аптечкой.

Вернулась через пять минут. В комнате еще не рассеялся табачный дым, бубнил телевизор, в кадре на фоне самолета стоял летчик в летном шлеме с опущенным солнцезащитным забралом и говорил, что любит Родину и никогда ее не предаст, какие бы златые горы ему ни пообещали. Колыхалась штора на двери, ведущей в сад. Саша услышала, как взревел мотор отъезжающего от гаража джипа.

— Смылся! — Саша ударила кулаком по воздуху. — Ну паразит же!

Паразит уже мчался в Москву, включив арабскую музыку на полную. Надо было форсировать разработку Тарасова. Горюнову требовалось понять, где сейчас находится Илья Савойский, а для этого он поехал к своему бывшему начальнику — генералу Александрову. Тот все время присутствовал в жизни Горюнова, теперь в большей степени незримо.

Когда Петр возник на пороге его кабинета, Евгений Иванович Александров посмотрел на него, как отец на блудного сына, и сказал с укором вместо приветствия:

— Слышал я, Петя, что ты сбежал из госпиталя, а теперь не желаешь лечиться.

Горюнов пропустил это мимо ушей и уселся в удобное кресло около журнального столика, обозначая таким образом, что он в кабинете гость, а не сотрудник спецуправления, отчитываться не обязан, подчиняться тоже.

— Фобос. — Горюнов откинулся на спинку кресла и тут же пожалел об этой вольности, почувствовав боль от дренажных трубок. Чтобы скрыть гримасу боли, он полез в карман за сигаретами и притянул к себе массивную металлическую пепельницу с крышкой. Она тут с незапамятных времен стояла персонально для него. — Мне нужна связь с Фобосом. Вернее, с тем, кто имел непосредственный контакт с Савойским. Господи, фамилия-то как капуста!