Книга Новобранцы холодной войны, страница 81 – Ирина Дегтярева

— Что ты? — испуганно спросил Мансур и машинально пошарил в поисках пистолета рядом с подушкой, там, где он держал его обычно на базе РПК.

— Я вспомнила. Совсем недавно у американцев я познакомилась с журналистом. Он болгарин, скользкий такой тип, глаза злые, а сам заискивающий, хотя и пытается делать вид, что из себя что-то представляет. Он разговаривал с хозяином про Средний Восток. Я слушала болтовню Мэри, но выхватывала краем уха обрывки фраз. Болгарин беспокоился, что «они» пойдут на переговоры с эмиратцами, и переживал, как это понравится его друзьям. Он явно имел в виду американцев.

— Сядь ты! — Мансур дернул ее за край рубашки. — У каких американцев ты с ним познакомилась? У сотрудников Генконсульства?

— Конечно! — с легкой досадой на его непонятливость сказала она. — Я только сейчас об этом вспомнила. Даже в Центр не сообщала. Не связала с тем, что мне прислали из Центра насчет аргентинца и его контакта с Гинчевым в Германии. Да и о чем извещать? Запись диктофонная не получилась. Слишком шумно было. К тому же и я сама выхватывала только обрывки беседы.

— «Они»? — переспросил Мансур. — Как тебе представили журналиста? Что там еще было на той вечеринке? В честь чего собирались? Под каким предлогом ты там оказалась?

Кинне рассмеялась:

— Это ревность или ранний склероз? Я как врач обеспокоена.

Мансур закурил, не поддержав шутку.

— Ну я же дружу с Мэри, — напомнила Кинне.

— Она тебя сама пригласила или ты напросилась?

— Ты считаешь, они меня подозревают? — Она начала догадываться, к чему он клонит. — Думаешь, узнали об аресте аргентинца и стали сопоставлять, каким образом произошла утечка?

— Он перестал выходить с ними на связь, и догадаться о его провале несложно. Тем более у них есть агенты в Москве. Не сомневаюсь. Чтобы подстраховаться, необходимо сделать «утечку» в российской прессе. Ну скажем, что сумку с его оборудованием нашла уборщица в спорткомплексе. Стали следить и… Попроси Центр об этом на всякий случай. Хотя тебя, как мне кажется, меньше всего подозревают. Ты для них, по большому счету, обслуга, приятельница Мэри. Наверняка не вспомнят, что при тебе впроброс сказали об аргентинце. Да и по той оговорке вряд ли можно было в многомиллионной Москве, где полно иностранцев, отыскать его.

— Нашли же… — пробормотала Кинне. — Нет, я сама к ним напросилась. А болгарина мне даже не представили. Он только кивнул мне с другой стороны стола, и все. Мэри потом сказала, что это известный журналист. Как мне показалось, поводом для сбора гостей стал именно приезд болгарина.

Мансур покачал головой. Если это тот, о ком он сразу же подумал, то американцы не стали бы созывать большую компанию. Такие мероприятия проводятся тихо, с глазу на глаз. Чаще всего на конспиративной, а не в своей квартире. Если только болгарина не собирались познакомить с кем-то в непринужденной обстановке. Скажем, с Кинне, которую, возможно, взяли все-таки на карандаш.

— Он пытался с тобой общаться?

— Кивнул и дежурно улыбнулся — вот и все общение. Он был заинтересован в разговоре с хозяином, даже изогнулся весь, чтобы, сидя за столом, повернуться к нему лицом. А да, он еще пошутил, что, дескать, как бы не пришлось ему туда ехать. На что Джеймс со злой иронией сказал, что друг Колчо обычно предпочитает проводить свои расследования из более безопасных мест. Колчо! Да, так они его называли.