Книга Новобранцы холодной войны, страница 49 – Ирина Дегтярева

— Сеньор только из Мадрида? Как это приятно увидеть земляка! Я — Луис, это моя девушка — Маргарита.

— А это Джесус^[15]  и Кристобаль^[16] , — представила двух остальных Тюрина по-английски.

— Марио Аранда, — назвался Виктор своим старым псевдонимом, который присвоили ему, когда он недолго проработал в Испании в начале своей контрразведывательной карьеры. — После двух ваших имен хочется перекреститься и получить благословение, — пошутил он.

Все заулыбались, рассаживаясь за ближайший столик.

На этот вечер была запланирована и культурная программа. Выступил кто-то из преподавателей, поприветствовал выпускников, порадовался, что они не забывают альма-матер. На небольшой сцене, чуть приподнятой над залом, несколько студенческих групп станцевали сиртаки, дабку, и пара аргентинцев изобразила танго. Затем над залом повис невнятный гул голосов и звяканье посуды. Позже планировались танцы.

Галина намеренно пыталась расшевелить Виктора, заметив, что он погружен в себя. То ли от усталости, то ли от событий, обрушившихся на всех генетическим затертым годами страхом. Его стирали как защитный слой на лотерейном билете в надежде увидеть под стальным блеском слово «мир», но обнаружили вдруг слово «война». А «защитный» слой оказался эфемерным, как ветхий тюль на старой даче, который тронешь, а в ладонях — труха.

Она не испытывала схожих терзаний, воевать с оружием в руках не смогла бы. Да и не хотела, совершенно искренне полагая, что каждому свое.

Разговоры за столом крутились и вокруг событий сегодняшнего утра. Начало СВО для многих из студентов стало неразрешимой проблемой. Некоторые подумывали уехать на родину, хотя в большинстве своем иначе смотрели на ситуацию, чем их близкие и знакомые на родине.

Виктор заинтересовался Джесусом, оставшимся работать в университете преподавателем после окончания РУДН и аспирантуры. Джесус был из Мадрида. Благо Виктор много раз ездил в этот испанский город, хорошо там ориентировался, а потому и поймать его на незнании улиц и достопримечательностей собеседник вряд ли смог бы. Да и не пытался. Он жадно обсуждал футбол, вспоминал блюда испанской кухни так, словно только от упоминания паэльи и фабады с чоризо он насыщался.

— Вообще-то, у меня туристический бизнес, — сказал Виктор, пытаясь сдвинуть разговор в нужное ему русло. — Основное направление — страны Латинской Америки. Сейчас бум на Аргентину. Из Америки туда летает огромное количество туристов. Из Европы. Думаю, из России тоже будет спрос. Но теперь, конечно, начнутся проблемы из-за этой операции. Война повлечет за собой целый ворох неурядиц в бизнесе. Хотя, несомненно, кто-то на этом наживется. Я-то думал развивать бизнес здесь, открыть филиал турагентства. Теперь надо искать другие возможности или обходить санкции, которые посыплются на Россию и на тех иностранцев, которые тут зарабатывают. Мне бы найти кого-нибудь из своих, кому можно доверять, кто имеет вид на жительство в России или еще лучше гражданство — испанца, аргентинца. Проще было бы заключить с ним сделку, оформить филиал на него, чтобы у меня не было проблем с формальностями. И мне удобно, и ему заработок. Может работать, а может только числиться. У тебя нет никого на примете из бывших надежных сокурсников? Давай на «ты»?