Книга Синдром, страница 172 – Катори Ками

— Я смотрел карту, — прошептал он затем. — Мы будем в Колорадо-Спрингс через несколько недель.

— Да, — улыбнулся Ирвин. — Обязательно заедем к Элизе и Джозефу.

Брендон кивнул, но как-то отрешенно.

— Там кладбище… — прошептал он.

— Заедем, обещаю, — Ирвин снова стиснул его в объятиях. Не нужно было спрашивать, бывал ли Брендон на могиле Эр-Два.

Брендон кивнул и шумно выдохнул. А через минуту отстранился и занялся чаем, но Ирвин буквально чувствовал: напряжение, конечно, осталось, но оно больше не было удушающе-болезненным.

Глава 33

Кажется, приступа удалось избежать. Ирвин пристально следил за Беллом весь вечер, но признаков приближающегося психоза так и не увидел. Брендон был, конечно, хмурым, но на внешние раздражители реагировал спокойно и выглядел скорее печальным, нежели выбитым из колеи. К концу вечера Ирвин даже начал надеяться, что они даже не лягут просто спать.

Но в то же время сегодня совершенно не хотелось переть напролом и тормошить Брендона. Было что-то очень правильное в том, чтобы молча улечься под бок друг к другу и погрузиться в чтение. Брендон — с телефона в очередную любовную прозу, Ирвин — с планшета в весьма неплохой сценарий детектива.

Вот только мысли от букв постоянно уплывали в другое русло. Последнее время Брендон наконец начал проявлять инициативу. Пару раз, когда они также лежали с книгами, он молча разворачивал Ирвина к себе спиной — и это чертовски заводило. Просто, безыскусно, не задавая лишних вопросов. От такого член вставал даже быстрее, чем от долгих вкусных поцелуев — к полной неожиданности Ирвина.

Ирвин привык держать все под контролем. Наверное, поэтому его настолько выбило из колеи появление сталкера — ведь после истории с Кайлом он старательно следил, чтобы не попасть в ситуации, когда от тебя ничего не зависит. Это касалось и работы, и личной жизни, досуга и даже выбора одежды. И конечно, он давно уже не позволял никому руководить собой в постели.

С Беллом все было не так. Несмотря на свое психологическое увечье и внешнюю невозмутимость, Брендон держал свою жизнь под контролем даже в мелочах. А с некоторых пор в нее входил и Ирвин. Это чувствовалось во всем — в постоянно полном теперь кувшине с водой у кровати, идеальной чистоте независимо от прихода горничной, исправно работающей технике. Даже потекший кран, до которого у Ирвина все не доходили руки, вдруг починился словно сам собой. Что же касалось маршрутов, деталей расписания и всего, что не касалось непосредственно работы, Макс теперь предпочитал согласовывать их с Брендоном, получая четкие и короткие ответы, нежели брать ответственность на себя или пытать Ирвина.

Именно ответственности, несмотря на все произошедшее, Брендон не боялся. Принимал решения в считанные секунды и не сомневался, воплощая их в жизнь. Да, в обычной мирной жизни в качестве бодигарда звезды эта особенность мало на что влияла. Но в постели… Даже самый обычный поцелуй не был просто поцелуем. Он был решением, которое Белл принимал, и часто от Ирвина просто требовалось согласиться с ним или попытаться опровергнуть.

Но самым большим потрясением для Ирвина стало то, что опровергать не хотелось.

Разве что в очень редких случаях. Как, например, сейчас.

Брендон, уютно устроившийся в подушках с телефоном, так и манил к себе. Даже читая дамский роман, он оставался сильным и волевым. Сильные — особенно духом, а не просто обвешанные горой мускулов, — люди нередко не производили такого впечатления с первого взгляда. Нужно было потратить время и узнать их поближе, чтобы сила начала проступать сквозь весьма заурядные внешние данные.