Книга Стань Звездой!, страница 256 – Катори Ками

— Голову Льюиса на блюде, — фыркнула Деб. — И шоколадный кекс.

— Постараюсь не подвести, ваше высочество, — заверил ее Эрик, припомнив рассказанную Куртом историю о принцессе и ее туфельках, и сбросил вызов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

По пути Эрик заехал в небольшую пекарню, снова и снова прокручивая в голове историю отношений Зака, Деборы и Курта.

— Прости, билетов в Европу на сегодня уже нет, так что голова Льюиса откладывается, — сказал он, протягивая насупленной Деб пакет с выпечкой. — Я компенсировал это кексом с цукатами вдобавок к шоколадному.

— Это отвратительно, — скривилась Дебора, принимая пакет. — Слишком мило, — пояснила неохотно и заглянула внутрь.

— Мистер Ласард, — раздался из-за ее спины грубый голос Фрэнка, и тот бесцеремонно подвинул Дебору в сторону, обхватив за плечи обеими руками. — Спасибо, что приехали и извините, что не отвечал.

— Не страшно, — Эрик пожал протянутую руку, отмечая про себя, что координация движений у Фрэнка вроде стала чуть получше. — Поможешь стол из багажника вытащить?

Что-то было неправильно, цепляло взгляд и будоражило мысли. Но Эрик уже вкатил стол в гостиную и разложил его, когда понял: Дебора не воспротивилась самоуправству Фрэнка. Попробуй Курт вот так убрать ее с дороги — да она бы вцепилась ногтями ему в лицо. Пожалуй, такое она позволила бы только Заку, и то не факт.

— Раздевайся, я схожу за простынями, — сказал Эрик, все еще не понимая, как относиться к только что полученной информации.

На время сеанса все ненужные мысли пришлось выбросить из головы, но накрывая Фрэнка полотенцем на двадцать положенных минут, Эрик вспомнил о Деборе и забеспокоился. Как выяснилось, зря. Она сидела на кухне и пила чай. На столе перед ней лежал растерзанный и совершенно пустой пакет из пекарни.

— Я могу налить и себе? — спросил Эрик, кивая на пузатый глиняный чайник. Деб пожала плечами, мол как хочешь. Эрик наполнил свою любимую чашку ароматным настоем и сел за стол напротив Деб. —  Ты не разговаривала с Заком? — поинтересовался вполголоса.

— О чем я должна с ним разговаривать, по-твоему? — холодно прищурилась она. — Поинтересоваться здоровьем его задницы? Уверена, вы и без меня прекрасно о ней заботитесь.

— Не хочешь говорить о нем, могла бы рассказать о себе, — Эрик отпил глоток чая. — Нравится ли тебе жить здесь, не нужна ли помощь.

— Некрасиво в твоем возрасте так беззастенчиво нарываться на комплименты, — Дебора насмешливо прищурилась. — Дом хорош, и ты это знаешь. Что до помощи — я ем твои кексы только ради Фрэнка, так и знай.

— Скорее потому что тебе хочется вцепиться в шею Курту, а она, как и весь он, за океаном, — усмехнулся Эрик.

Такой Деб ему неожиданно понравилась. Острая на язык, намеренно-грубая и жаждущая причинить боль, она была живой. Все еще болезненно-бледная и кошмарно худая, все же она разительно отличалась от тени самой себя, какой Эрик видел ее в доме у Зака. Тогда она представлялась сплошным черным пятном беспросветной тоски и злобы на весь мир, сейчас черноту начинали разбавлять яркие пятна.

— Шея меня не интересует, я скорее жажду оторвать ему яйца и залить кровью твою идеальную до тошноты лужайку, — Дебора скривилась, будто красивая лужайка была смертным грехом. — Фрэнк стриг ее сегодня. Сказал, что ему будет стыдно смотреть тебе в глаза, если все зарастет. Я ответила, что тебе не знакомо слово “стыд”.