Онлайн книга «Жемчужный дебют»
|
— Ладно, ну что мы все о грустном, посмотрите вокруг, красота-то какая! Какая натура! Мы ведь в живописнейшем месте. Знаете ли вы, что в свое время китайцы прозвали залив Петра Великого «маленьким морем»? Он расположен между мысом Поворотным и рекой Туманной… — Последнее слово он произнес нараспев, смакуя и наслаждаясь звучанием. Калинин всегда позиционировал себя как большого патриота родной страны, что, впрочем, не мешало ему иметь пару небольших уютных домишек в Лондоне, пригороде Парижа и дачу в Тоскане, если злые языки, разумеется, не врали. — А какие здесь острова? Вы только вслушайтесь в эту музыку: остров Аскольда. Рейнеке. Рикорда. Фуругельма — он же Птичий остров. Архипелаг Римского-Корсакова. Архипелаг императрицы Евгении… Режиссер мечтательно прикрыл глаза, и Анна была готова поклясться, что он переживает катарсис. При всей нелюбви к Даниилу Калинину Анна не могла поспорить с тем, что режиссер был эрудирован и прекрасно образован. За последней фразой Калинина неожиданно последовал смех. Анна скосила глаза. Смеялась женщина невысокого роста, чье лицо было занавешено не очень чистыми, некогда светлыми, а нынче плохо покрашенными волосами. Женщина привлекла ее внимание еще в аэропорту Владивостока, куда они прилетели одним рейсом. Она смеялась и расстраивалась невпопад, постоянно трясла головой, словно гигантская собака, только что искупавшаяся в луже. Огромные очки в модной темной оправе сползали на нос, одета женщина была в безразмерные штаны и дутый пуховик, и Анна с трудом, но признала в ней некогда известного блогера и жену миллиардера, которая в своем онлайн-дневнике всегда представала юной нимфой. Тонкой и звонкой феей. Даниил бросил сердитый взгляд на странную женщину и продолжил, обращаясь ко всем и ни к кому одновременно: — А наше временное убежище? Остров Аскольд. Знаете ли вы, что когда-то его населяли китайские золотоискатели, а английский адмирал Сеймур обозначил его на картах девятнадцатого века под названием «терминейшн поинт», что значит «конечный пункт». Символично, вы не находите? Дальше только Северная Корея. Иронию адмирала Сеймура оценила только дерганая олигархическая жена, кажется, ее звали Гретой, снова невпопад засмеявшись. Дальнейший географический и исторический экскурс потонул в шуме двигателя и потревоженных льдин, истерически бьющихся о борт их ненадежного кораблика. Анна поежилась, и ей вдруг стало страшно. На карту было поставлено многое. Да что там, на карту было поставлено все. А что, если это место и станет ее «конечным пунктом», где все рухнет и утонет в неприветливом сером холодном море, которое было не радо кучке бездельников, тревожащих его покой? Анна не видела ничего романтичного в окружающей ее природе, возможно, нервозное состояние не давало ей насладиться местными красотами. Внезапно ледяной страх схватил цепкой рукой за и так слабо бьющееся сердце — а что, если все зря? «Нет, ты не будешь сейчас об этом думать», — резко приказала она себе. Слишком поздно, слишком. Она сделала все что могла, а дальше будь что будет. Они приближались к пункту назначения. При повороте в бухту Наездник Анна обратила внимание на одну из самых ярких достопримечательностей острова — «окно Петра Великого». Природное образование, напоминающее пресловутое окно, прорубленное царем-государем в Европу. С этой точки открывался впечатляющий вид на старый маяк, издали напоминавший очертаниями легендарное «Ласточкино гнездо». Сам же остров был похож на убаюканного холодными водами дракона, погрузившегося в вечную спячку. Он порос мхом, покрылся коростой, закостенел и замер, но глубоко внутри кипит зло, готовое в любой момент выплеснуться наружу. Достаточно лишь крошечного камушка, чтобы жерло вулкана распахнулось. Анна вздрогнула. |