Книга Разрубить гордиев узел, страница 65 – Александра Миронова

— Теоритически возможно, – вздохнула Ольга. – Только не от твоего Альберта.

— Но мне нужен ребенок от мужа!

— Женя, он тебе даже не муж…

— Эжени!

— Как скажешь. Что будем делать?

— Ребенка! Эта сволочь мне за все ответит.

— Жень…

— Эжени!

— Ладно, Эжени, давай будем реалистами. Мы честно пытались, вроде как пару задохликов врачам удалось обнаружить, по крайней мере, они немного шевелились, но не дожили даже до стадии оплодотворения. В его возрасте и с его анамнезом это ожидаемо.

— Хватит намекать, что я связалась с бесплодным алкашом! – взвизгнула Эжени, тщательно пряча слезы.

— Обманывать я тебя тоже не собираюсь, – развела руками Ольга.

Эжени задумалась, прикусила пухлую губу и начала терзать сумку, стоящую на коленях.

— А как вы доноров подбираете?

— Стараемся подобрать тех, кто максимально похож. Твой генерал внешности типичной: высокий, светловолосый, голубоглазый. Плюс твои гены будут доминантными. Шансы есть, что ребенок будет похож на вас обоих. Только нужно, чтобы он подъехал в клинику и подписал договор, что согласен на донора.

— Оль, он ведь не знает, что никто не выжил? – Эжени вдруг навалилась грудью на стол и уставилась сестре в глаза. Ольга оценила, что выглядит та ухожено. Даже слишком. Кожа цвета молочного шоколада, тщательно выпрямленные волосы, умело подкрашенные глаза – сестра каждое утро ходила в салон на укладку и макияж. В ушах и на пальцах массивные украшения, наверняка подделка под известный бренд. Женька с детства была рачительной и считала каждую копейку. Такая, как она, никогда не станет таскать каждый день бриллианты с изумрудами, рискуя быть ограбленной. Скорее закажет копии, а оригиналы спрячет в сейф, чтобы разочарованный любовник не отобрал, уходя (был в ее прошлом и такой эпизод). Гладкая, словно молодой персик, кожа сестры не давала определить ее точный возраст. Евгения была красива. Такой типаж нравился мужчинам: с огоньком, заводная, эмоциональная. Ее экзотическая внешность отсылала мужчин преклонного возраста во времена их молодости, когда деревья были большими, а трава зеленой. Она могла бы неплохо устроить свою жизнь, если бы не характер и вечная неудовлетворенность тем, что имеет.

— Почему не знает? – удивилась Ольга.

— Лично я ему об этом не сообщала. Вы же ему пункцию делали? Делали! Значит, потенциально шансы есть.

— Эжени, он же не идиот, он переболел свинкой, и наверняка врачи ему детально объяснили про последствия.

— Я все про это прочитала, – поджала губы Эжени. – Иногда даже после такой болезни чудеса случаются, а уж с современными технологиями тем более. Мы ему скажем, что эмбрионы получились! А как только суррогатная мать забеременеет, он на ребенка сразу же перепишет все свое имущество.

— Так уж и все? – усмехнулась Ольга, молча дивясь глупости сестры.

— Я об этом побеспокоюсь, – сверкнула глазами Эжени. – Давай неси мне каталоги доноров.

— Нет, – покачала головой Ольга.

— Что «нет»?

— Нет, я не буду этого делать. Во-первых, это противозаконно. Во-вторых, я не хочу делать ребенка, только чтобы ты выбивала с его помощью наследство. Этим ты заранее обречешь малыша.

— Нашлась тут моралистка! – вспылила Эжени. – Хорошо рассуждать, когда тебя всю жизнь в попу целовали и все органы у тебя на месте!