Книга Дважды в одну реку, страница 106 – Александра Миронова

Она чутко прислушивалась – не придет ли Андрей. Помимо вечерних посиделок, у них еще вошло в привычку выходить на рассвете к реке и сидеть там какое-то время, закутавшись в теплые пледы. Словно в приторной романтической драме.

Иногда они о чем-то говорили. Иногда Андрей читал стихи. Больше всех ему нравился Омар Хайям. Не только избитое и затертое «В одно окно смотрели двое», но и другие, менее известные вещи.

Регина мало говорила, больше слушала. Ей уже не хотелось спорить, зубоскалить и дерзить. Как это ни странно, но Андрей говорил вещи, которые всегда находили в ней отклик.

Как-то они говорили о смерти. Тема, которую Регина ненавидела и всеми силами старалась избегать.

— «Настоящий мужчина – тот, кто боится смерти своего сердца, а не смерти своего тела. В то время как большинство людей боятся смерти своих тел, не обращая внимания на смерть своих сердец», – процитировал Андрей одну из своих любимых цитат, в которой в последнее время находил утешение.

— Как хорошо, что я не настоящий мужчина, – слабо усмехнулась Регина. – И не надо про то, что все мы смертны, что бояться надо живых. Знаешь, это не очень-то помогает.

— Но неужели жизнь с умершим сердцем лучше?

— Не знаю. – Регина передернула плечами. – Но знаю, что с этим тоже можно жить.

— Так и не скажешь, кто тебя так обидел? – в очередной раз поинтересовался Андрей.

— Никто. Я сама. Сама во всем виновата, – опустила голову Регина.

— Знаешь, если ты будешь это твердить, то жить ты не сможешь. Тебе будет лишь казаться, что ты живешь, но на самом деле жить будет твое тело. А тебе ведь этого не хочется?

— Откуда ты знаешь, чего мне хочется? – вздохнула Регина.

— Если бы ты не хотела жить, ты бы давно утопилась. – Регина с трудом удержалась, чтобы не измениться в лице.

Знала, что Андрей внимательно за ней наблюдает, и не хотела еще больше раскрываться перед ним. Он и так уже залез ей под кожу и, казалось, рассмотрел, что творится у нее в сердце.

— Я хорошо плаваю, – криво усмехнулась она.

— В том-то и дело, Регина, – в тон ей усмехнулся Андрей. – Если бы ты не хотела жить, ты бы не училась плавать. И не стремилась бы так научить плавать других. Теперь осталось только признаться себе в этом, простить себя и начать жить по-настоящему.

Регина не нашла что ему ответить.

— Знаешь, почему с Алиской у тебя не сразу получилось? – поинтересовался Андрей после небольшой паузы.

— Почему? – ощетинилась Регина. – Потому что я недостаточно хороша для нее?

— Нет, вовсе нет, – покачал головой Андрей. – Потому что дети тянутся к жизни, а в тебе ее нет. И девочка это инстинктивно чувствует. Если бы ты жила по-настоящему, то и ребенку было бы с тобой хорошо. Вы бы обе тянулись к солнцу.

У Регины все не выходил этот разговор из головы. И ей хотелось его продолжить. Она и сама не заметила, как Андрей из врага постепенно превратился в кого-то вроде наставника, как ни странно это было осознавать. Она, как героиня детской сказки, беседовала с волшебным зеркалом, которое давало ей ответы на все вопросы.

Она поднялась с кровати, накинула на ночную рубашку теплую кофту, а сверху еще и платок из козьего пуха – подарок матери Андрея. Натянула высокие резиновые сапоги. Такой странный внешний вид ее не беспокоил. Разве кто-то переживает, в каком виде он появится перед священником?