Книга Новая жизнь Агаты, страница 68 – Александра Миронова

— Чувствую себя цирковой обезьяной, — пробормотал Валерий, который, несмотря на статус депутата, так и не привык к избыточному вниманию со стороны окружающих.

— Наслаждайтесь! Еще какие-нибудь десять или пятнадцать лет, и никто и головы не повернет при вашем появлении, — гордо провозгласила Агата и, расправив плечи, прошествовала к столику, стоящему посередине зала.

— Я бы сказал, что в моем случае это лет двадцать пять.

— Не льстите себе.

Они устроились за столиком, и Агата демонстративным взглядом окинула зал. Многие отвели глаза. Агата взяла меню, уже лежащее на столе, и погрузилась в его изучение. Меню было снабжено аппетитными картинками, отчего голод Агаты многократно возрос.

— Мне, пожалуйста, глазунью с беконом, булочку, сливочное масло, джем и черный кофе. Попросите повара не сильно зажаривать яйца, — объявила Агата официантке, которая уже давно вошла во вторую половину жизни, но тщательно этому сопротивлялась. Женщина непонятно зачем надела на работу туфли на каблуках, из-за чего, несмотря на ранний час, уже хромала и болезненно морщилась. Агата, всегда подмечающая малейшие детали в облике окружающих, не обошла этот факт вниманием.

— Повар жарит все по стандарту, — огрызнулась официантка. Агата открыла было рот, чтобы обсудить этот вопрос поподробнее, но Валерий не дал ей такой возможности. Почувствовав приближающийся скандал, он мягко вмешался:

— Мне, пожалуйста, овсянку на молоке, сэндвич с сыром и также черный кофе. Благодарю вас. — Он расцвел в улыбке, а официантка, ласково улыбнувшись ему в ответ, поковыляла по направлению к кухне. Агата могла поспорить на что угодно, что первым повару она передаст именно заказ Валерия. По пути женщина прихватила один из подносов, оставленный на столе посетителями. Поднос выглядел тяжелым и был уставлен посудой. Женщина с трудом подняла его и направилась к специальному приемнику, куда полагалось ставить посуду самостоятельно, но чем местные клиенты, по всей видимости, пренебрегали. Агата сразу вспомнила свою гимназию, в которой с первого же дня установила четкие правила: поел — убери за собой. Порядок начинается с детства. Не успела она поделиться своими соображениями с Валерием, как сидящая рядом толпа подростков, которым полагалось быть в это время на занятиях, загомонила. За столиком сидели три парня и две девушки лет шестнадцати-семнадцати. В какой-то момент они синхронно достали телефоны и принялись записывать, как двое парней кидаются едой.

— Очередной дебильный фуд-челлендж, — процедила сквозь зубы Агата.

Ей претили современные забавы, по большей части идиотские, которые дети и подростки устраивали в социальных сетях, чтобы заслужить одобрение совершенно незнакомых им людей. Но обычно Агата воздерживалась от высказывания своего мнения, боясь прослыть старой и нудной. Тем временем еда разлетелась по всему залу, даже рядом с Валерием упал кусок булки с салатом, на который он уставился с недоумением. Все остальные посетители или улыбались, или морщились, или делали вид, что ничего не замечают. В конце концов, наигравшись, подростки засобирались по своим делам. Поднявшись, они оставили посуду на столе и направились к выходу. Официантка, показавшаяся со стороны кухни с заказом Агаты и Валерия в руках, остановилась и с отчаянием уставилась на побоище, устроенное молодыми людьми. Агата достала свой телефон, включила в нем запись видео, прислонила к держателю салфеток, стоящему на ее столе, после чего встала так, чтобы телефон смог беспрепятственно записывать все происходящее.