Книга В лабиринтах дождя, страница 77 – Оксана Ласовская

— Да уж… — вздохнула Алина. — О! А это не следователь случайно? Такой представительный дядечка!

Я посмотрела в указанном направлении и обомлела. По дороге, размахивая портфелем, шёл следователь Бондаренко.

— Господи, почему именно он? — пробормотала я. — У нас что, следаков мало? Почему он?

— Что-то не так? — заволновалась Алина.

— Алинка, ты иди, — попросила её я. — Мне сейчас предстоит тяжёлый разговор. Спасибо тебе за всё.

— Да не за что! — улыбнулась подруга. — Держись, не вешай нос!

— Вы?! — удивился Сергей Петрович, завидев меня. — А вы что здесь делаете?

— Лечусь, — криво улыбнулась я. — И я так понимаю, вы пришли ко мне.

— У вас мания величия, Казанцева! Я здесь по делу.

— О нападении на двоих людей?

— Ну да, — кивнул следователь. — Откуда вы знаете?

— Потому что я одна из них.

— Вы? — попятился он. — Вот так встреча! Ну что ж, тогда будем беседовать. Прямо здесь или в палату пройдём?

— Давайте здесь, — кивнула я.

— А второй где? — поинтересовался Сергей Петрович, доставая бумаги из портфеля.

— Он в реанимации.

— Фамилия, имя, отчество.

— Ярославский Алексей Андреевич.

— Кто?! — выронил ручку следователь. — Лёха? Наш Лёха?

— Да, он, — кивнула я.

— А он здесь при чём? — продолжал удивляться Бондаренко. — Он в отпуске, я думал, он уехал куда-то.

— Нет, он здесь. Мы встречаемся, поэтому и напали на нас вместе, — понимая, что за мои действия светит срок, я всё же продолжила вдохновенно врать, или, как это принято называть, — вводить следствие в заблуждение. — Мы с ним с утра собрались сходить на кладбище, на могилу Вики. Приехали туда, подошли к воротам, и вдруг я увидела, как Лёша падает. Я испугалась, но не успела опомниться, как почувствовала удар, — и всё, темнота. Я не видела нападавшего. Очнулась в сарае в заброшенной деревне. Даже названия её я не знаю, спросите у врачей, может, они в курсе.

— Что-нибудь ценное пропало? — уныло глядя перед собой, спросил Сергей Петрович.

— Да, — кивнула я. — Телефон у Лёши, наверное, ещё деньги. Я точно не знаю. А у меня сумочка. Там был кошелёк, правда, почти без денег, но всё-таки. И паспорт. Остальное ерунда.

— А ваш телефон?

— Он дома, в аквариуме плавает, — радостно сообщила я.

— В каком аквариуме? — вздрогнул следователь. — Наталья, вы себя нормально чувствуете?

— Очень хорошо! — заверила его я.

— Зачем вы телефон в аквариум положили? Рыбкам захотелось поговорить? — У Сергея Петровича задёргался глаз.

— Там нет рыбок, — улыбнулась я. — Я его просто уронила.

— А-а-а… — просветлел лицом следователь. — Мне бы ещё с Лёшей поговорить, вдруг он видел нападавших.

— Он без сознания, — напомнила ему я.

— Да помню я! — безнадёжно махнул рукой следователь, а я неожиданно обрадовалась, что наше дело ведёт именно он. Помнится, Лёша говорил, что он не любит долго копаться, а значит, моя маленькая ложь может остаться нераскрытой.

— Ну что ж, тогда я пойду, — поднялся Сергей Петрович.

— До свидания! — шутливо козырнула я, довольная, что разговор так быстро завершился.

Следователь быстро скрылся из виду, а я, вернувшись в больницу, выписалась, зашла к Лёшке и помчалась домой. Меня ждали голодные Джек и Мерс.

В больницу к отцу Лёши я попала только к двум часам дня. Сначала вызвала слесаря и, ловя на себе его изумлённый взгляд, попросила врезать новый замок. Затем накормила животных и, мучаясь совестью, отправилась с ними во двор. Джек, несмотря на дождь, весело скакал по лужам и громко лаял. Мерс молча сидел у меня на руках и таращился вокруг совершенно безумным взглядом — наверняка не мог забыть свою бродячую жизнь в этом дворе. Через двадцать минут я загнала разошедшегося Джека в квартиру и увидела грязные следы, оставляемые его лапами.