Книга В лабиринтах дождя, страница 71 – Оксана Ласовская

— Ничего себе, как тебе понравился этот сарай! — хохотнул Лёша, и я, не сдержавшись, ударила его кулаком по плечу.

— Не издевайся! Я серьёзно!

— Молчу, молчу, — приложил пальцы к губам Лёшка.

— Прости за всё, что я тебе наговорила, за то, что выгнала тебя, и вообще… Я тебя люблю.

— Ну что ж, ради этого стоило оказаться здесь с разбитой головой, — помолчав, сказал Лёша. — Я рад, что ты поняла ценность жизни.

— И всё?.. — запнувшись, спросила я, ожидая от него совсем других слов.

— И я тоже очень люблю тебя, — добавил Лёша, прижавшись своим лбом к моему и целуя меня. — Давай больше не будем ругаться?

— Давай, — кивнула я, радуясь, что в сарае не настолько светло, чтобы он мог увидеть слёзы на моих щеках. Только на сей раз это были слёзы облегчения.

— А теперь давай всё же попробуем выбраться отсюда, мне изрядно надоело это место, — взялся опять за топор Лёша.

— Как думаешь, кто на нас напал?

— Понятия не имею. Но одно знаю точно: тот, кто толкнул тебя под машину, и тот, кто доставил нас сюда, — один и тот же человек.

— Ты был у Громова?

— Был, — кивнул Лёша. — Ничего нового не узнал. Он ненавидит Вику, называет её убийцей и проклинает её. Хотя нет, — добавил он, — кое-что всё-таки узнал.

— Что? — встрепенулась я.

— Не знаю, насколько это правда, но Павел называет Вику, скажем так, девушкой лёгкого поведения и говорит, что она изменяла Антону. И это, на стороне, было что-то серьёзное, потому что он не один раз видел её с каким-то мужчиной.

— Вика? — разинула рот я. — Хочешь сказать, что Вика крутила два романа одновременно?

— Это не я, это Павел так говорит. — В этот момент раздался треск и одна из досок вылетела из стены. — Всё, путь открыт.

Но я не сдвинулась с места, смотря на Лёшу во все глаза.

— Почему же тогда он не сказал об этом Антону, не открыл ему глаза?

— Открыл. — Лёша потёр ладони одна об одну. — Но Антон только смеялся и говорил, что ему всё равно. Лично у меня создалось впечатление, что отношения Вики и Антона не были серьёзными — так, лёгкая интрижка.

— Даже при лёгкой интрижке, наверное, неприятно узнать, что твоя девушка встречается ещё с кем-то!

— Может, как раз на этой почве у них и вышел скандал в ту ночь? — предположил Лёша.

— Ты всё же склоняешься к тому, что это Вика убила Антона? — вздрогнула я.

— Наташ, давай ты не будешь воспринимать эту версию в штыки? — попросил Лёша. — Если ты так уверена в невиновности сестры, не нужно было затевать это расследование. Я думал, ты хочешь узнать правду.

— Да, я хочу знать правду! — воскликнула я. — Но не могу поверить, что Вика могла убить человека, поджечь дом и сбежать!

— Послушай, она могла ударить Антона случайно, в запале ссоры, понимаешь? — крепко взяв меня за плечи, сказал Лёша.

— А дом поджечь и сбежать — это тоже в запале?

— Потом поняла, что натворила, и, испугавшись тюрьмы, сбежала. Наташа, пойми, такое происходит сплошь и рядом, и если это коснулось близкого тебе человека, это не значит, что это неправда! Ты ведь почти не общалась с Викой, ты не можешь знать наверняка, что она не смогла бы так сделать!

— Ты на сто процентов уверен, что убийца она? — угрюмо глядя на него, спросила я.

— На сто процентов нельзя быть уверенным ни в чём. Я не отказываюсь заниматься этим делом. Я просто хочу знать правду, какой бы она ни была.