Книга В лабиринтах дождя, страница 56 – Оксана Ласовская

Взглянув на Людмилу Николаевну, безмолвной статуей замершую у своей калитки, я почувствовала жгучий стыд за своё поведение. У человека горе, а мы притащились к ней, устроили здесь неизвестно что!

— Людмила Николаевна, простите меня, пожалуйста, — взмолилась я, подходя к ней. — Нас обоих простите, — оглянувшись на Лёшу, продолжила я. — У вас горе, а мы… Приехали, устроили тут…

— Ну что ты, детка, — ласково улыбнулась мне старушка. — Я всё понимаю, у вас своё горе. Да и ничего страшного не произошло, я даже рада, что вы приехали ко мне. Хоть ненадолго я отвлеклась от мыслей о Пете… — при воспоминании о муже её глаза опять заволокла печаль.

Я замолчала, не зная, что сказать и чем утешить её. По своему опыту я знала, что слова здесь не помогут, ничего не поможет, нужно лишь время…

— Время лечит, вы только потерпите. — Я коснулась её руки.

— Нет, милая, не лечит оно, — вытерев слёзы, выступившие в уголках глаз, грустно покачала головой Людмила Николаевна. — Просто мы привыкаем к боли, учимся жить, но не вылечиваемся. Сынок мой помер уж сколько лет назад, а не прошло и дня, чтобы я не вспомнила его.

— Мы приедем к вам ещё, если позволите, — подал голос Лёша.

— Конечно! — воскликнула старушка. — Я буду ждать вас, ребята, приезжайте!

— Договорились, — улыбнулся ей Лёша и кивнул мне. — Иди умойся и поехали. Мы уже сутки дома не были, представляю, какой тарарам там устроили наши питомцы.

Охнув, я помчалась к умывальнику. Кое-как приведя себя в порядок и ещё раз попрощавшись с Людмилой Николаевной, я села в машину, и мы покатили в город. На сердце лежал камень, мне было до слёз жаль эту несчастную женщину.

— Нужно что-то сделать для неё, — вздохнула я.

— Например? — не отрывая взгляда от дороги, спросил Лёша.

— Не знаю. Ей нужно что-то, что дало бы силы жить.

Лёша ничего не ответил. Так, в полном молчании, мы добрались до города.

— Сейчас заедем домой, а потом тебе нужно в больницу, — подала голос я.

— Зачем? — вздрогнул Лёша. — Я не хочу в больницу. И не поеду туда.

— Ну что ты как маленький! — возмутилась я. — Твою рану нужно осмотреть, как бы осложнений не было!

— Некогда мне по больницам ходить! — отрезал Лёша. — Сейчас домой, перекусим, примем душ и к Лизе поедем.

— Лёш, я всё понимаю, но…

— Никаких но! — рассердился парень. — Я никуда не поеду, и точка на этом!

Я откинулась на сиденье, понимая, что переубедить Лёшу не получится. Если уж он что-то решил, то всё.

— Обиделась? — через минуту спросил он.

— Да, — решила я сыграть на его чувствах и демонстративно отвернулась к окну.

— Ну ладно, перестань. — Остановив машину на светофоре, Лёшка перегнулся ко мне и поцеловал в щёку. — Наташ, ну не дуйся! Что мы с тобой ругаемся второй раз за утро?

— Мы не ругаемся, — всё-таки повернулась я к нему. — Я просто за тебя переживаю.

— Не надо за меня переживать, — заулыбался Лёша. — Я живучий, со мной ничего не случится.

— Сплюнь, — поёжилась я при его словах. — Не сглазить бы.

— Ты такая суеверная? — удивился он, и в этот момент одновременно раздался сигнал клаксона и звонок мобильного у меня из сумки.

Оказывается, на светофоре уже давно горел зелёный свет, а сзади нас образовалась приличная пробка. Выругавшись, Лёша тронулся с места. Я вытащила телефон. Звонила моя соседка.