Книга А ей и не снилось…, страница 95 – Оксана Ласовская

— Ты как со мной разговариваешь?!

— Как зовут твою жену, я помню до сих пор. А чтобы узнать, где она сейчас, твоя помощь мне не понадобится.

— И что ты ей можешь сказать, я тебя много лет не видел! — Сергей пытался говорить уверенно и с насмешкой, но голос его дрогнул. По всему было видно, что жену он боится.

— Да ей и говорить особо ничего не надо, — хохотнула Полина. — Она меня увидит — и кранты тебе, Сережка. Поэтому ищи. И я обещаю, после этого исчезну.

Сергей отключился, ни слова больше не сказав.

— Круто ты с ним, — похвалила подругу Рита.

— Учись, пока я жива! — хмыкнула Полина. — Ну, все поняла?

— Что?

— Виктор Грушев, то бишь чудик, внезапно возник двенадцать лет назад. И двенадцать лет назад пропали твои родители. Это совершенно точно он, не двойник, не брат-близнец, а именно он.

— Ну, это я и так знала. Просто мы получили лишнее подтверждение. А вот кто такая эта Ева Футяшкина, действительно интересно.

— Думаю, Ева Футяшкина — это твоя мама, — заявила Полина.

— Чего? Моя маму зовут Ирина Федотова!

— Рит, ты чего? — постучала костяшками пальцев себе по лбу Полина. — Включи голову! Если бы твоя мама жила под своей фамилией, ее бы нашли давно! Их же искали! Но нет, они пропали, и никто бы их никогда не нашел, если бы не убийство и эта история с призраком!

— Ирина и Виктор Федотовы исчезли, а вместо них появились Виктор Грушев и Ева Футяшкина? — грустно улыбнулась Рита. — Мама взяла имя старшей дочери?

— Именно. Уверена, Сергей скоро позвонит и скажет, что Ева Футяшкина возникла из ниоткуда двенадцать лет назад, как и Грушев.

— Ладно, посмотрим, — тряхнула головой Рита и подхватила рюкзак. — Поехали по моему старому адресу. Скоро автобус на Камышино, не хотелось бы опоздать.

Дом, где жила в раннем детстве, Рита помнила смутно, поэтому подруги долго бродили по улицам. Казалось, мелькнет что-то знакомое, Рита радовалась, но опять оказывалось, что не то. Девушки устали и уже были готовы плюнуть на это дело и идти на вокзал. При мысли о квасе Екатерины Алексеевны и прохладной комнате в ее доме начинало сосать под ложечкой, а жара казалась еще более невыносимой.

Дом возник неожиданно. Подруги завернули за угол, и Рита остановилась как вкопанная. Крыльцо, детская площадка, — все изменилось, конечно, но в то же время и осталось прежним. Память услужливо развернула картину: маленькая Рита на качелях, рядом Ева с детским велосипедом, а на скамейке уставшая мама с соседкой по площадке.

— Это здесь, — сообщила Рита.

— На этот раз точно? — спросила Полина, вытирая пот со лба.

— Абсолютно. Мы жили вон в том подъезде.

Девушки направились к подъезду и принялись обзванивать квартиры, спрашивая, помнит ли кто-нибудь чету Федотовых. Здесь их постигло разочарование. Большинство жильцов были совсем молодыми, квартиры перепродавались не по одному разу и, конечно же, Федотовых никто не помнил.

— Вот такие пироги… — вздохнула Полина, поднимаясь на четвертый, последний этаж. — По закону жанра здесь должен быть кто-то, кто вас помнит.

— Почему это?

— В книгах, фильмах так всегда. Все интересное напоследок. Герои отчаиваются, и в последнюю очередь появляется тот, кто открывает перед ними все карты.

— Это в книгах, — отмахнулась Рита, мимоходом отметив, что сама она книги не читала уже очень давно.