Книга А ей и не снилось…, страница 109 – Оксана Ласовская

— Что же делать теперь? — протянула она. — Хотела узнать правду… И где искать этого Михаила?

— Я бы не был так уверен, что он причастен к происходящему, — покачал головой Дима, разливая травяной чай по чашкам. — Ты говорила, что мать помог отыскать какой-то Сергей, может ли он о Михаиле узнать?

— Он не станет помогать. Пыталась дозвониться, однако его номер недоступен. Скорее всего, внес его в черный список.

— Почему?

— Долгая история. Это знакомый Полинки, у них нелады. Прости, не моя тайна.

Они надолго замолчали, думая каждый о своем. На столе остывали чашки с нетронутым чаем.

— Знаешь, — первой нарушила тишину Рита, — Полька, узнав о снах, считала это чудом. Ну как же, можно предсказывать будущее! Но для меня это проклятие… Я вижу кусочек того, что свершится, но не знаю, к чему оно относится и как можно предотвратить беду. А сейчас… Для чего такой роковой дар, если я не могу воспользоваться им, когда необходимо? Почему сны приходят нежданно-негаданно, а осознанно я не могу ничего увидеть?

— Не могу тебе ответить, — в глазах Димы сквозило сочувствие, однако он не казался уверенным в том, что сны не выдуманы. — Я не понимаю, как это, увидеть то, что будет… Никогда не верил в подобную ерунду.

— Пока не столкнулась с этим, тоже не придавала значения. Если с Полиной что-то случится…

Где-то в деревне громко завыла собака, и девушка вздрогнула.

— Собака воет — это к смерти? — шепотом спросила она, от страха по ее спине побежали мурашки.

— Собака воет потому, что ей так хочется, — отрезал Дима и поднялся. — Рит, иди в дом, приляг. Тебе нужно отдохнуть.

— Как я могу отдыхать, когда Полина неизвестно где?

— Мой отец тоже неизвестно где! — неожиданно резко выдал мужчина. — Что же теперь не есть, не спать? Если я себя заморю голодом и бессонницей, это поможет?

— Да, ты прав, — кивнула Рита. — Я пойду?

— Куда?

— К Екатерине Алексеевне.

— Иди в мой дом и ложись. Я не отпущу тебя.

— Лучше бы ты меня тогда не отпустил, — горько вздохнула Рита и отвернулась.

— Что? — Дима шагнул к девушке и коснулся ее руки. — Что ты сказала?

— Ничего.

Дима понял, что Рита больше ничего не скажет.

— Идем, — он первым вошел в дом и подал плед и подушку. — Ложись.

— А ты?

— Еще посижу.

— Дим, одна просьба?

— Конечно.

— Если что-то случится, ты разбудишь меня, а не будешь действовать один. Иначе я не лягу.

— Что может случиться? — поморщился Дима. — Ложись.

— Дима, пообещай мне! — упрямо сдвинула брови Рита.

— Обещаю.

С этими словами он вышел из дома, Рита осталась одна. Она обвела комнату взглядом. Два месяца она мечтала вернуться сюда, но не при таких же обстоятельствах… Да и что толку от возвращения? Дима, скорее всего, ничего к ней не чувствует, а его слова… Кому может понравиться, если с твоим знакомым что-то случится? И если она уедет, он забудет ее опять, как и два месяца назад…

— Хватит, — приказала себе Рита, чувствуя, что глаза увлажнились слезами. — Не время думать об этом.

Девушка прилегла на постель, свернулась клубком и натянула плед на голову.

— Полиночка, приснись мне, пожалуйста, — попросила она, с силой сжимая кулаки. — Дай знак, где ты!

…Полина лежала на каменном полу в подвале, руки ее были связаны, на лбу огромная царапина, длинные волосы липли к лицу. Рядом, опершись спиной о стену, сидел Владимир Петрович. Глаза его были закрыты, и он тяжело дышал. Время от времени мужчина произносил всего одно слово: