Книга А ей и не снилось…, страница 105 – Оксана Ласовская

Девушка молча поднялась и шагнула в открытые двери. Дима закрыл дверь за ней и звякнул замком.

— Эй, что ты делаешь? — обернулась Рита и дернула за ручку, но та не поддалась. — Дима!

— Так будет вернее, — ответил он из-за двери. — Сиди и не высовывайся.

— Невозможно! — Рита лягнула дверь ногой и, закусив губу, прошлась в раздумьях по дому.

Дима — человек ответственный. Но если он не найдет пропавшую девушку?.. Ответ очевиден: нужно найти того, кто устраивает всю мистику в деревне. Сидеть без дела Рита не собиралась: необходимо поговорить с Евой Футяшкиной.

Покрутив головой, Рита увидела тетрадку на столе и, присев на стул, оставила на видном месте послание:

«Прости, не могу иначе. Мне нужно в Васильевск срочно. Не беспокойся обо мне, все будет хорошо».

Открыв окно, девушка освободилась и бросилась к остановке…

Ей повезло: она вскочила в уже отходящий автобус и, усевшись на свободное место, перевела дух. Можно было спокойно подумать о том, как пройдет встреча с Евой Футяшкиной. Рита боялась и одновременно желала этой встречи. В том, что это ее мать, она была уверена. Как посмотреть ей в глаза? Как построить разговор? Как уговорить рассказать правду?

Откинувшись на спинку сиденья, девушка закрыла глаза. Через час она уже садилась в такси на вокзале. До Васильевска было полтора часа езды, но они показались Рите вечностью. Она то и дело смотрела на часы, но их стрелки так лениво перетекали с цифры на цифру, что вскоре она бросила это никчемное занятие и устремила свой взгляд в окно.

…Вдали показался Васильевск. Красивый большой монастырь виднелся на горе. Сердце девушка забилось быстрее, а во рту пересохло. Машина притормозила у ворот, и Рита вышла на улицу. Прохладный ветер подул на нее, охлаждая разгоряченное лицо. На мгновение прикрыв глаза, Рита перекрестилась и вошла в ворота. То там, то тут сновали монахини, и девушка растерялась.

— Простите, — обратилась она к одной из них. — Скажите, Ева Футяшкина находится здесь? Мне очень нужно с ней поговорить.

— У нас не принято никого называть по фамилии, — еле слышно отозвалась монахиня. — Но сестра Ева у нас только одна. Я могу позвать ее.

— Да, пожалуйста…

Рита присела на скамейку и зажала руки коленями. Ее била нервная дрожь.

— Девушка, вам плохо? — обратилась к ней еще одна монахиня, проходившая мимо.

— Нет-нет, спасибо, все хорошо, — отозвалась Рита. — Все хорошо…

— Вы меня искали? — вдруг раздалось позади нее.

— Ну здравствуй, мама, — усмехнулась Рита, обернувшись к матери. Ее голос она легко узнала даже по прошествии стольких лет.

— Рита? — отшатнулась та. — Как ты меня нашла?

— Все тайное когда-нибудь становится явным, не так ли?

— Не ожидала тебя увидеть, — на лбу женщины выступил пот, было видно, что она очень взволнована. — Но я рада, — несмело улыбнулась она. — Ты стала такой взрослой, дочка…

— Неудивительно, — съехидничала Рита. — Было бы странно, останься я шестнадцатилетней.

— Не груби, ты же в святом месте, — укорила ее мать. — Ты одна? Ева не с тобой?

— Ты даже не интересовалась нашей жизнью все эти годы… — грустно спросила Рита, присаживаясь на скамейку. Мать примостилась рядом с ней, на самом краешке.

— Доченька пойми, вы были уже взрослыми… Такие умницы, вы же прекрасно могли справиться и без меня. Я устала и ушла от мирской жизни.