Книга Отсюда не выплыть, страница 93 – Лорет Энн Уайт

Нет, наверное, тело еще не опознали. Эдам не имел никакого представления о том, сколько времени может уйти на установление личности. Впрочем, когда бы это ни произошло, ему нужно поскорее перестать трястись и взять себя в руки. Чтобы быть готовым.

Эдам бросил случайный взгляд на высокое ростовое зеркало, и при виде собственного отражения ему едва не стало плохо. Из зеркала на него смотрел бледный, потный, дрожащий преступник, выглядевший не на шестьдесят с небольшим, а на все восемьдесят. Как говорится, краше в гроб кладут.

«Эдам, успокойся! От этого зависит вся твоя дальнейшая жизнь. Когда полиция позвонит в дверь, ты должен выглядеть спокойным, собранным, уверенным в себе, всеми любимым и ни о чем не подозревающим доктором Спенглером – талантливым, преуспевающим хирургом от макушки до пяток. И только после того, как копы сообщат тебе о трагическом происшествии, ты можешь продемонстрировать им классические симптомы шокового состояния. Впоследствии будет уместно симулировать глубокое отчаяние, которое охватило уважаемого доктора Спенглера, осознавшего наконец, что его любимая супруга, с которой он прожил в браке тридцать четыре года, никогда не вернется домой. Что она мертва. Что она ушла навсегда».

Да, пожалуй, он сумеет достаточно убедительно сыграть роль убитого горем супруга. Но для вдохновения надо выпить еще. Сунув номера в сумку, Эдам схватил свой недопитый бокал.

Не успел он, однако, поднести его к губам, как с задней стороны дома – со стороны переулка – послышалось урчание мотора, и Эдам замер, напряженно прислушиваясь. Автомобиль остановился напротив особняка, а он был не в силах пошевелить и пальцем. Полиция? Уже?! Но как?.. Сейчас они войдут и увидят его, небритого, растрепанного, пахнущего спиртным… Ему придется сказать, что накануне он загулял. Что у него с похмелья трещит голова и что в стакане у него – лекарство.

Снаружи хлопнула дверца машины. Эдам одним глотком допил бренди и медленно повернулся к задней двери. В матовом стекле боковой панели появилась расплывчатая темная тень. Запищал электронный замок – кто-то вводил цифровой код. Полиция?.. Нет. Черт, да кто же это?!

Ручка двери повернулась. Скрипнула петля, и дверь распахнулась.

В гостиную вошла… Джемма. Волосы ее были влажны, в руке – сумка.

Бокал выскользнул из ослабевших пальцев доктора Эдама Спенглера, грохнулся на пол и разлетелся тысячью сверкающих осколков.

Джемма удивленно разглядывала Эдама. Он побелел как стена, по лбу скатывались крупные капли пота, челюсть отвисла, глаза широко раскрылись. Можно было подумать, что он увидел привидение. У его ног алмазами сверкала на полу россыпь стеклянных осколков, а в воздухе распространялся резкий запах бренди.

Собаки, как всегда, бросились к ней, но против обыкновения не очень шумели, словно почувствовав, что происходит что-то необычное.

Джемма медленно поставила на пол сумку со своими принадлежностями для плавания. В одной руке она все еще держала оранжевую силиконовую шапочку, которая выпала из сумки, когда Джемма доставала ту с заднего сиденья, и Эдам уставился на эту шапочку, словно загипнотизированный. Внезапно он пошатнулся и вынужден был опереться о спинку кресла.

— Эдам? Что с тобой? Что-то случилось в больнице?