Книга Гора Мертвецов, страница 59 – Василий Криптонов, Мила Бачурова

«А почему же духи сразу всех одной лавиной не ухлопали? – это голос Саши. – Для чего было так заморачиваться? Преследовать, убивать одного за другим?»

Шаманка холодно рассмеялась.

«Потому что сразу – слишком легкая смерть. Под лавиной погибли те, над кем духи сжалились. Самым дерзким они уготовили иную судьбу».

— Под лавиной погибли Люба, Игорь, Валера и Рувим, – сказала Тимофею Вероника. – Действительно те, кто на капище никак себя не проявил, если судить по фотографиям и дневникам. А самый дерзкий из девятерых – Гриша – замерз насмерть. Согласно результатам экспертизы – раньше, чем на палатку сошла лавина, за два-три часа до этого. То есть действительно получается, что тот, кто сильнее всех оскорбил духов, умер первым, мучительнее всех. Нинель, вдохновительница похода наравне с Лыковым, получила тяжелые травмы. Она тоже ужасно мучилась, а умерла, как ты сказал, от страха. Но еще тяжелее пришлось ее оставшимся в живых друзьям. Тем, кто на ветру и морозе выкапывал раненую Нинель из-под снега. Потом Рувима, который умер у них на руках. Потом они искали Гришу. Потом спускали вниз Нинель. Трое суток добирались до цивилизации. Без палатки – на то, чтобы откопать ее полностью, ушло бы несколько часов, а Нинель срочно нужна была помощь. Они шли без многих необходимых вещей, еды почти не было. До ближайшего поселка добрались такими изможденными, что едва могли разговаривать. А им предстояло еще отвечать на вопросы родственников, друзей погибших – почему вернулись лишь четверо из девяти. Почему выжившие не пытались откопать Игоря, Валеру, Любу. Почему так и не нашли Гришу – который, как оказалось, лежал в тридцати метрах от палатки… Знаешь, спорный вопрос, кому повезло больше – погибшим или выжившим.

— Нет, – сказал Тимофей.

— Что – нет?

— С тем, что в каком-то смысле погибшим под лавиной повезло больше, я согласен. Не согласен с ересью о самых дерзких. В цепочке смертей прослеживается другая закономерность. Вполне определенная.

— Какая?

— Расскажу позже, сначала должен проверить. У тебя всё?

— Да. Возвращаюсь в город.

— Понял. – Тимофей отключился.

Каким образом он оказался рядом с начальником Саши, Вероника спросить не успела. Саша, который слышал разговор, хмыкнул.

— А он всегда так разговаривает? Ни «здрасьте», ни «до свидания»?

— Всегда.

— Молодец, че. – Саша покачал головой. – Гений, что с него взять… Хотя, может, и правда какую-то закономерность нашел.

— Нашел. Тиша никогда не врет.

— Чувствуется. Не его конек… Давно ты с ним?

— Работаю? Четвертый год.

— А есть что-то кроме работы? – Саша отвлекся от дороги, бросил на Веронику быстрый пытливый взгляд.

— Конечно. Мы любовники, ведем совместное хозяйство, собираемся пожениться и родить троих детей.

— Врешь.

— Дурацкий вопрос – дурацкий ответ.

Саша засмеялся:

— Ладно, не злись.

Протянул руку – собираясь потрепать Веронику по плечу, но передумал и вернул ладонь на руль.

Вероника откинулась в кресле. Стемнело уже окончательно, дорогу освещали только фары. Дорогу откровенно паршивую – Вероника даже предположить бы не рискнула, в каком году тут клали асфальт. Сейчас то, что осталось от асфальта, езде скорее мешало, чем помогало. Ровных участков почти не осталось, ямы, сменяющие друг друга, различались лишь размером и глубиной. Неудивительно, что здесь так популярны УАЗы.