Книга Гора Мертвецов, страница 104 – Василий Криптонов, Мила Бачурова

— То есть… – Вероника все еще не могла поверить. – Тебе меня жалко?

— Если для тебя важно вернуться домой – возвращайся, – сухо сказал Тимофей. – Свою задачу ты выполнила. Ну, почти выполнила, я могу закончить расследование без тебя. Сообщи мне о своем решении.

Он исчез с экрана. Вместо изображения появилась аватарка – буквы «Ne». Вероника изумленно посмотрела на Сашу. Тот пожал плечами:

— Что?

— Ты тоже это слышал? Он мне разрешил вернуться домой!

— Ну… Видать, совесть заела. Бывает.

— Нет. – Вероника покачала головой. – С Тишей так не бывает. Он и совесть – несопоставимые вещи. Для него такого понятия в принципе не существует.

— Хм-м. А мне казалось, он порядочный парень. Чайник посвистывает, но…

— Да нет! Я не говорю, что непорядочный. Я о другом. О том, что если бы сегодня вместо меня по башке ударили Тишу, его бы это с нарезки вообще не сбило. В него можно из пушки стрелять – и даже так не остановишь. Он за эту свою истину будет сражаться до последнего. Падать, подниматься, снова драться – пока не добьется своего. Пока не найдет преступника. Иначе ему как будто и жить незачем. И он тупо не понимает, что для других это не так. То есть умом понимает, время от времени вспоминает, что надо быть похожим на человека. Но на самом деле для него не существует ничего, кроме расследования. Если в процессе вдруг окажется, что это опасно, что он смертельно рискует – не задумается ни на секунду, продолжать или нет. Для него этот вопрос вообще не стоит. Когда мы ловили Сигнальщика, он один, безоружный, понесся в лес, надеясь опередить маньяка. На моих глазах голыми руками за лезвие ножа схватился. Напротив вооруженной психопатки стоял так, как будто витрину в магазине рассматривает… И сейчас он меня реально не понимает. Что мне просто по-человечески страшно! Что я с ума схожу, спать нормально не могу. Потому что ему не страшно никогда. Он вынужден отгораживаться от людей не потому, что их боится, а потому, что люди боятся его. С ним неудобно, неуютно. Если бы мог, он бы с удовольствием обходился без меня. И уж точно не стал бы подвергать меня риску. Но из-за того, что руки-ноги – я, каждый раз выходит, что на переднем крае – тоже я. Только это не потому, что Тиша – трус. А просто так получается. Понимаешь?

Саша вздохнул.

— Пытаюсь. Знаешь… Когда тебя отравили в Нескучном и я узнал, что это он велел туда ехать, – думал, на месте его прибью.

— Тишу так просто не прибьешь. Он умеет защищаться.

— Да без разницы, я тоже много чего умею. Он тогда пытался объяснить, но я слушать не стал. Еле сдержался… Только сейчас врубаться начинаю. Он, выходит, и рад бы очертя голову в пекло лезть, но не может. Просто физически. Так?

— Угу. И рожей в кадре светить, как Вован, тоже не может. Поэтому Неон – это мы трое.

— Ясно.

Саша поднялся с кровати, где сидел перед ноутбуком рядом с Вероникой.

— Ты мне контакты Быстрицкого скинь прямо сейчас. И его, и кого там еще снимать собираются. Вована этого вашего тоже…

— Быстрицкому и остальным не звони, я сама договорюсь, – буркнула Вероника. – Расскажу про Неона, объясню, что к чему. Моему звонку они, по крайней мере, не удивятся. Но контакты скину, конечно. Раз уж ты собираешься работать мной, все дела передам.

— Ты точно решила? Не останешься?