Книга Дети Хедина, страница 77 – Ник Перумов, Аркадий Шушпанов, Наталья Колесова, и др.

Где-то к концу ночи я проснулся. Справа от меня лежала Элишка, слева – Катерина. Я подумал, почему Элишка ревновала меня к кому угодно, только не к своей сестре? Осторожно высвободился из их объятий, чтобы никого не разбудить, и удалился в ту комнату, которую они не видели. Там включил ноутбук и около получаса искал нужную информацию. Потом я улегся на узком, но вполне удобном диванчике и уснул.

— Янош? – тихо позвала меня Элишка.

Я ей что-то вопросительно промычал сквозь дрему. Похоже, я не притворил плотно потайную дверь, и Элишка отыскала меня.

— Тебе плохо с на… со мной? – спросила она встревоженно.

— Нет, что ты, мне только надо было кое-что проверить по работе…

— К дьяволу твою работу! – тихо выругалась Элишка, забираясь ко мне под одеяло, и засмеялась: – Ты едва помещаешься на постели, но здесь уютнее, чем там. Тебе не тяжело?

— Нет, спи, – я легко приобнял ее.

Она расслабленно вздохнула, устроив голову у меня на груди.

— Янош, у тебя отвратительный будильник! – на этот раз меня разбудил голос Катерины.

Я разлепил глаза и увидел, как она поставила тикающую коробочку на стол. На циферблате было шесть утра.

— Вам что, в спальне показалось тесно? – полюбопытствовала она, и я заглянул в ее смеющиеся глаза.

— Трудно сказать… – Я уклонился от ответа.

На мне шевельнулась, просыпаясь, Элишка. Она хмуро глянула на сестру. Вот оно – утреннее любовное похмелье.

— Может, сделаешь завтрак? – полюбопытствовал я сквозь зевок. – Раз ты уже встала.

— Если найду на твоей кухне что-нибудь съедобное…

Она удалилась. Элишка соскользнула с меня, отправившись следом, и я размял затекшее тело. Я направился в душ, следом в спальню, где оделся. Потом зашел на кухню. Элишка, все такая же хмурая, сидела на стуле, завернувшись в простыню. Катерина, по-прежнему нагая, как раз заканчивала приготовление завтрака. Черти, облюбовав подоконник, уже что-то сосредоточенно грызли. А за окном поднимался такой же, как вчера, холодный, солнечный рассвет.

Сестры глянули на меня и невольно вздрогнули. На мне был дорогой черный костюм, белая рубашка. Правда, в отличие от всего нашего совета я не носил галстук.

— Тебе хорошо платят за твою работу, Янош, – заметила Катерина. – Даже Марек, имея собственный бизнес, не мог позволить себе столь дорогие вещи и… квартиру в самом центре города.

— У него работа не связана с риском для жизни, – сдержанно заметил я. – Ты что же – считаешь, что я занимаюсь этим из-за денег?

— Из-за чего же? Ты нам так и не сказал.

— Мне хватает совета, перед которым я постоянно отчитываюсь.

— Вот как? Ты собираешься оставить все как есть? Мне казалось…

— Катерина! – предупреждающе оборвала ее Элишка, и это было первое слово, которое она произнесла за утро.

— Тогда я ничего не понимаю. Что за двойная игра?

— Разве?

— Что будет, если они обнаружат нас здесь?

— Вам придется плохо.

— А с тобой?

— Ты не о том беспокоишься, – отрезал я, допил кофе и поднялся. – Вам надо переждать здесь до темноты. Вечером я провожу вас.

— Янош, – Элишка взволнованно подскочила следом.

Я обнял ее и быстро поцеловал.

— Будьте хорошими девочками…

Я вошел в здание совета, однако комната, в которой работали Доминик, Петр и я, оказалась опечатанной. Я понял, что предстоит долгое и нудное разбирательство. До начала совета оставалось минут пять, и я решил, что вряд ли стоит опаздывать. Я уже хотел войти в зал, когда меня окликнул Томаш.