Книга Нищенка в Академии магии, или Тёмные не сдаются, страница 107 – Анна Кривенко

Опустила глаза, принц тоже проехал мимо, а я вдруг затосковала о чем-то несбыточном и забытом, как будто потеряла в прошлом что-то отчаянно важное и теперь не могла найти.

А еще, как назло, больше нет «вайхо». Это было чертовски плохо, словно я лишилась хорошего друга. Настроение испортилось окончательно.

Когда эльфы и их сопровождающие спешились, конюхи при Академии забрали лошадей, а ректор — глаза б мои его не видели — любезно пригласил делегацию пройти вовнутрь. Знаю, что на верхнем этаже сегодня устроят в честь гостей банкет, и я была рада, что мне не нужно будет присутствовать на нем.

Студенты рассосались по своим делам, активно обсуждая невиданное явление — приезд ушастых. Нигде не обнаружив ненавистного Диро (как хорошо!), я отправилась вглубь сада, потому что сил идти в удушливо давящее здание не было.

Прошлась по пустующим аллейкам, постояла под деревом, вспоминая, что именно здесь совсем недавно буквально умирала от голода. Страшное было время, но оно казалось более светлым и полным надежды, чем сейчас. Прошлась дальше, нашла фонтан, из которого жадно пила воду в прошлом, и умыла лицо. Потом развернулась и поспешила дальше, снедаемая жуткой, убивающей душу тревогой.

Клумба, на которой росли приглянувшиеся мне голубые васильки, оказалась неожиданно засохшей: кажется, кто-то из адептов вылил на цветы химические реактивы. Это стало последней каплей в чаше моего смятения, и я, едва не всхлипнув, присела на корточки перед погибшими растениями, собраясь… разреветься.

Да, вот так позорно во мне обнаружилась самая настоящая девчонка.

Коснулась почерневших, почти обугленных листьев и прошептала:

— Вы такие же, как и я — бессильные…

И вдруг яркое зеленоватое свечение вырвалось из пальцев, окутывая то, что осталось от цветов и… начиная возвращать их к жизни. Стебли налились силой и стали подниматься, отпали негодные листья, а вместо них буквально на глазах выросли другие. Показались обновлённые бутоны, которые раскрылись в доли секунды, и я ошарашенно осознала, что клумба полностью преобразилась, запестрев небесно-голубыми лепестками васильков.

Так и села на пятую точку, с трудом веря в то, что это всё сделала я.

И в этот момент на меня сошло озарение.

У меня сила, ОЧЕНЬ много силы! Сила, о которой не подозревает негодный ректор Дионисий Монтано. Эльфийская магия, могущество которой я могла только что лицезреть. Она полна жизни, способна к восстановлению и исцелению. А что, если…

Поспешно вернувшись в комнату, я тщательно заперлась, после чего стянула с себя одежду, оголив бедро с отвратительной черной меткой в виде незнакомой пентаграммы. Решительно выдохнула и приложила обе ладони к помеченной коже.

— Именем эльфийской магии… повелеваю тебе исчезни, растворись!..

Пальцы засветились. Зеленоватый свет буквально ударил по пентаграмме, а я почувствовала невероятно острую боль. Первым порывом было прекратить процедуру, но метка с невероятной скоростью начала растворяться, и я, сжав зубы, продолжила. С каждым мгновением боль нарастала, кожа запузырилась и лопнула.

Застонала, чувствуя, что не выдерживаю этого добровольного истязания, но рисунок наконец полностью исчез, и я прекратила магичить, бессильно повалившись на кушетку и раскинув руки в стороны.