Онлайн книга «Подмена: кого я люблю?»
|
Кириянин со всех ног рванул в сторону частокола, за которым маячил его драгоценный спасительный лес. — Кто здесь??? — испуганно крикнул дозорный, увидев стремительное движение недалеко от высокого ограждения. — Стой! Стрелять буду!!! Иноу, естественно, проигнорировал его и со скоростью яра взмыл вверх, одним прыжком перепрыгивая массивный частокол… Глава 10. Новые лица и возвращение Лес обнимал. Как заботливый друг, обнимал энергией жизни, давая утомленному телу Иноу силы. Кириянин припал к широкому стволу с голубовато-коричневой корой и закрыл глаза. «Ауйрен» до сих пор был зажат в ладони, но… признаков жизни больше не подавал. С каждым мгновением последние крохи энергии в камне истаивали, а новая в него не вливалась, и Иноу осознал окончательно: хозяин «ауйрена» действительно мертв. Поморщился, испытав ни с чем не сравнимое чувство боли и потери. У кириян всегда было так: гибель любого из соплеменников воспринималась ими, как своя собственная. Наверное, это была какая-то всеобщая связь на уровне инстинктов или же само понятие смерти казалось им слишком противоестественным, но сейчас Иноу было плохо, ужасно плохо… Отлипнув от дерева, он тожественно преклонил колени и быстро вернул себе настоящий облик. Длинные голубоватые волосы заструились по спине до самой поясницы, одежда из чужеродной трансформировалась в обычную — гладкую, полупрозрачную, украшенную орнаментами цветов и растений… Разжав ладонь, Иноу уставился на камень в руке и тихо пожелал умершему соплеменнику жизни за гранью. Он не знал, существовала ли она — эта другая жизнь. Никто оттуда не возвращался, чтобы рассказать. Возможно, этот кириянин просто перешел из одной формы существования в другую, и теперь ему хорошо? От этих мысли Иноу стало ощутимо легче. С трепетом погладив холодный безжизненный камень, он устроил ему… настоящие похороны. Словно хоронил не украшение, а своего соотечественника. Выкопал ямку под деревом, обложил его листьями «нермилы», опустил в них украшение и… затянул прощальную песнь… А где-то за частоколом двое солдат, приставленных следить за главными воротами, испуганно вздрогнули. — Майк, ты тоже это слышишь? — спросил крепкий рыжеволосый детина своего худощавого и сонного товарища. — Это птица или животное? Почему я раньше никогда не слышал подобных звуков? Второй парень был слишком уставшим, чтобы вникать в какие-то непонятные трели, поэтому беспечно махнул рукой. — Да чёрт его знает, что это такое, — промямлил он, зевая. — Какая тебе разница, Веня? Всё равно эта тварь сейчас за частоколом. Сюда ей не пробраться. А если проберется, вот, — он хлопнул себя по кобуре на боку, — у меня есть новёхонькая пушка. Капитан со склада принёс. Голову снесет любому! Но рыжеволосого это ничуть не убедило. — У меня дурное предчувствие, — проговорил он, вглядываясь в ночное небо и щурясь от сияния крупной фиолетовой луны. — Мне дядька рассказывал, что на Земле волки воют к беде… — Волки воют, потому что жрать хотят… — усмехнулся его товарищ. — Кстати, я тоже голоден. Ты захватил чего-нибудь с собой? Странные звуки из леса усилились и Веня, благополучно проигнорировав вопрос Майка, благоговейно произнес: — Похоже на пение… Песнь по умершем… Майк вытаращил глаза, а потом присвистнул. |