Книга Святая развратница, или Отвергнутая жена Дракона, страница 20 – Анна Кривенко

— Кто вы? – осведомилась я, набрасывая на лицо спокойное, холодное выражение.

Девушка удивлённо вскинула широкую черную бровь и посмотрела на меня насмешливо.

— Представляться вам я не намерена: вряд ли вы останетесь здесь надолго. А вот послушания потребую неукоснительного, так и знайте! Панькаться с вами никто не станет, вам тут не дом родной. Живо возвращайтесь в свою комнату и не выходите без разрешения!!!

Она совсем по-крестьянски упёрла кулаки в бока и посмотрела на меня прямо-таки свирепо. Как пить дать, торговка на рынке.

Я не смогла удержаться от усмешки, от которой незнакомку просто покоробило.

— Всего доброго... – проговорила я и с достоинством направилась к лестнице.

Честно говоря, встреча с этой дамочкой волшебным образом помогла снять безумное напряжение. Люди такого сорта обычно не имели за душой ни разума, ни души, ведомые лишь уродливыми инстинктами. Были избалованными, несдержанными и жадными. Обычно таких людей мне было просто жаль. Приходилось встречаться с такими в Обители, когда они прибывали на кратковременное паломничество, и терпеть их бесконечные капризы.

Когда поднялась уже на второй этаж по лестнице, то оглянулась. Наглая незнакомка до сих пор сверлила мне спину взглядом. Сколько ненависти! Сюзанна и ей успела насолить? Но интуиция подсказывала, что на сей раз причина такого отношения была в другом…

Вернулась в комнату, выжатая досуха эмоциональными качелями. Тоскливо выглянула в окно. Да, так и есть: через двор в светлое время суток не сбежать, а на ночь ворота крепко запираются. Посмотрела в небо и горько прошептала:

— Похоже, драконы – это действительно мой единственный выход…

Но это были лишь слова, в которые я на самом деле почти не верила.

* * *

Поворот ключа в замке́ стал для меня полной неожиданностью. Резко развернувшись, я никого не увидела, но поняла, что меня заперли снаружи.

В груди похолодело от дурного предчувствия. Герцог узнал, что я выглядывала во двор? Или перестраховывается, чтобы не сбежала?

В итоге, я провела несколько часов, просто сидя на лавке. Желудок скрутился окончательно, но чувство голода было умеренным. Вот только с каждой минутой всё сильнее хотелось пить.

Я боролась с восстающей обидой и злостью, подавляя их надеждой на избавление, хотя она – эта надежда – была весьма призрачной. Снова молилась, вспоминала любимые истории, в итоге, задремала и проснулась уже вечером от криков за окном.

Встала, потирая глаза и чувствуя легкое головокружение от слабости. Выглянув в окно, разглядела освещенный факелами двор и огромное множество воинов. В душе сразу же поселилось ещё большее уныние: если у герцога де Армье настолько много охраны, то спастись из этого плена можно будет только притворившись селёдкой в бочке…

Отвернулась, ощущая всплеск отчаяния, и закашлялась, потому что горло страшно пересохло. Как же хочется пить!

Подошла к бадье для купания, заглянула в неё и… с изумлением увидела на дне небольшой кувшин с водой.

Страшно обрадовалась.

Правда… вода выглядела не очень, и в любое другое время я не стала бы её пить, но сейчас жажда стала невыносимой, поэтому я сделала глоток.

Вода оказалась неприятной, с легкой горечью, но горлу полегчало.

Снова присела на лавку и поняла, что с каждым разом издевательства Юлиана становятся всё более изощрёнными. Словно он проверяет меня на крепость и ежедневно добавляет к прежним испытаниям что-то более мучительное.