Книга Арианна - Гроза Драконов, страница 168 – Анна Кривенко

Все предыдущие действия Ореннара доказывали его принадлежность к принцу Георгу, но все же… принц Ореннар только что остановил убийцу, а значит…

Тамилла упала на землю в неистовом поклоне и, рыдая, произнесла:

— Ваше Высочество! Прошу вас! Смилуйтесь надо мной! Я просто пешка в руках сильных и ни в чем не виновна! Прошу, отпустите меня! Я исчезну, и вы больше никогда меня не увидите!..

Она плакала и умоляла его, не поднимая лица, как вдруг почувствовала прикосновение к своему плечу.

Странное ощущение перемещения обрушилось на нее, и, подняв голову, она увидела себя и Ореннара… в глубоком лесу.

Она ужаснулась и подняла на него испуганный взгляд. Вокруг Ореннара все еще мерцали удивительные золотые искорки, а его красивое нежное лицо выражало… сострадание! Да, она не ошиблась! Именно сострадание!

Юноша неожиданно присел на корточки и рывком вытянул иглу из плеча Тамиллы. Она вскрикнула от боли и… ощутила в теле мощное тепло.

Из ладоней принца потекли желтые потоки энергии, которая вошла в тело Тамиллы и полностью заблокировала всякую боль.

Девушка замерла, наполнившись благоговением и трепетом. Ореннар показался ей божеством: удивительным, прекрасным, добрым. По ее бледным щекам потекли слезы, и она тихо прошептала:

— Господин! Разрешите мне служить вам! Я стану вашей рабой навеки и отплачу вам за ваше добро!

Но юноша отрицательно мотнул головой.

— Мне не нужна плата. Я помогаю тебе, потому что однажды тоже был брошен, одинок и полон страха. Мне жаль тебя, но ты… мне не нужна. Просто уходи. Живи достойно, и… служи свету!

Тамилла заплакала еще сильнее.

— Хорошо, господин! Я буду служить свету и добру в память о вас!

Через несколько минут хрупкая девушка в разорванном платье шла вперед через темный лес. Лишь один раз она обернулась и посмотрела на растворяющуюся фигуру удивительного длинноволосого юноши, который явил ей невиданное чудо: он был первым человеком, который ее пожалел!..

Ореннар осторожно прикоснулся к статуэтке, изображающей танцующую девушку, и пробежался пальцами по чертам ее неживого лица. Некоторые вещи он иногда не мог видеть даже своим внутренним зрением. Например, эта вещица постоянно «скрывала» себя, и ему приходилось «рассматривать» ее только при помощи рук.

Эта статуэтка была дорога ему с детства, потому что напоминала ему о матери. Мама умерла в тот самый год, когда его лишили зрения, и теперь только прикосновение к этой вещице помогало ему немного подавить свои печали и выпустить из сердца очередную боль.

А болело оно, то есть сердце, по причине его хронического и неизлечимого одиночества. Он очень сильно любил и уважал своего старшего брата Рафаэля, но они… были слишком разными, и заполнить пустоту своей души через общение с братом он не мог.

А еще у брата теперь была Арианна. Воспоминание об удивительной девушке иногда наполняло Ореннара сожалением, хотя он и не питал к ней глубоких романтических чувств. Это было нечто другое: ощущение схожести, пожалуй, родственной души, но предназначенной не ему.

С тех пор, как Арианна вернулась с империи Марашех, они ни разу не поговорили, да и Ореннар не был уверен, что это было нужно. Привык все вопросы закрывать просто молчанием, хотя, пожалуй, эту ситуацию стоило бы все-таки разрешить иначе.