Книга Когда поёт Флейта Любви, страница 89 – Анна Кривенко

— Не бойся меня, — приглушенно и с нежностью в голосе проговорила девушка, — я не причиню тебе вреда! Я принесла тебе поесть. Хоть ты и не понимаешь меня, но я надеюсь, что ты доверишься мне!

Хота был невероятно изумлен и смотрел на нее широко открытыми глазами. Кто она? И хотя в комнате царил полумрак, он видел, что она очень молода. Ласковость ее голоса ввела его в ступор. София, видя, что индеец никак не реагирует, осторожно опустила тарелки на пол. Она боялась делать резкие движения, чтобы не испугать его. После этого она сделала вдох поглубже и решилась на следующий шаг к сближению.

Сделав в его сторону пару шагов, она вдруг прикоснулась к его ладони. Хота, наконец, очнулся и отдернул руку. Раньше он бы мог в ответ схватить противника и бросить его на пол, но сейчас все, что он сумел, это лишь убежать от странной напористости этой бледнолицей девчонки.

София отметила про себя, что индеец еще очень робок и недоверчив, поэтому решила сменить тактику. Она снова подняла с пола еду и, подойдя к столу, поставила тарелку и кувшин на него. Отодвинув стул в сторону, она жестом пригласила индейца сесть, но тот не двинулся с места.

— Не бойся, — прошептала София, — я твой друг. Тебе нужно поесть!

Хота не решался сделать ни одного шага к столу. Его словно парализовало. Но умоляющий тон таинственной девушки и ее такие искренние слова «я твой друг» все-таки завладели его разумом, и он подошел к стулу и сел на него. Сидеть на стуле тут же показалось ему очень знакомым, но он не стал вникать в свои ощущения, потому что сейчас думал совсем о другом.

София снова широко улыбнулась и села на второй стул прямо рядом с ним. Лунный свет из окна здесь светил особенно ярко, поэтому их лица — ее улыбающееся, а его смущенное и растерянное — стали четко видны.

София смотрела на Хоту, как на милого симпатичного щеночка. Весь его необычный облик — длинные волосы, украшения в ушах и на шее, перо, болтающееся возле уха — все кричало о его единении с дикой природой, о его принадлежности к миру полей, долин и гор. Это был щенок, но щенок из волчьей стаи: дикий, но немного испуганный, грозный, но реагирующий на ласку, сильный, но привлекательный и естественный. София замерла от непередаваемого ощущения восхищения, которое охватило ее от близости к этому невероятному созданию.

Хота, теперь сумевший немного рассмотреть черты странной белой скво, тоже был немного заворожен. Она была очень красивой и милой. Ее огромные глаза смотрели на него с таким неприкрытым восторгом, что его юношеское сердце заволновалось и смутилось еще больше, чем раньше. Почему, почему она так смотрит? От этого взгляда у него помутилось сознание, и он забыл обо всем на свете.

София заметила, что с лица индейца сошло грозное выражение, а появилось такое детское смущение, что она умилилась и беззвучно хихикнула. Похоже, он перестает ее бояться! Она протянула к нему руку и осторожно погладила его по волосам, как если бы она гладила жеребца по его шикарной гриве. Глаза Хоты стали еще шире, и он даже не смог отстраниться.

— Какой хороший мальчик, — приговаривала София, продолжая гладить его по голове и нежно проводя по локонам волос до самих плечей, — не бойся меня, я не причиню тебе вреда… Ты такой интересный! Я хочу подружиться с тобой. Я хочу помочь тебе и твоему другу…