Книга Когда поёт Флейта Любви, страница 205 – Анна Кривенко

Он посмотрел на нее сверху вниз, а она, чувствуя себя необычайно защищенной в его объятиях, утвердительно кивнула. Его искренняя любовь к ней все больше освобождала ее от остатков страха перед прикосновениями.

— А теперь, — проговорил Хота, выпуская ее из объятий, — когда я уже не страшный, рассказывай: Кэчина Кими — это действительно ты?

Его последние слова прозвучали столь скептически, что Анита немного обиделась.

— Я настолько на нее не похожа? — спросила она, немного надув губы.

Хота утвердительно кивнул.

— Но это действительно я! — воскликнула Анита, желая доказать ему, что это абсолютная правда. — Но, на самом деле, не только я! Нас много…

И она рассказала Хоте обо всех тщательно продуманных спасительных операциях, которые они проводили вместе со пастором и его людьми. Хота был очень впечатлен. С этого момента он очень зауважал Стена Батлера и остальных жителей фермы, поэтому, когда через полчаса вся ферма собралась на молитву, он не ушел прочь, а остался.

Его сердце до сих пор бунтовало против Бога. Ему непонятны были причины гибели родителей, и как Бог мог это допустить. Поэтому он не любил слушать о Нем. Поэтому он обычно предпочитал уйти. Но не в этот раз. В этот раз он остался, и Господь через проповедь начал работать с его израненным сердцем.

Пастор Батлер говорил о жертве Иисуса Христа на Кресте. Иисус был Богом, пришедшим с небес. Он не совершил ни одного греха, но был убит вместо грешников. Эта жертва стала спасительной для других. Этот подвиг открыл людям небеса.

Перед глазами Хоты вдруг всплыло лицо отца и его слова, сказанные однажды:

— Сынок! Я живу на земле, чтобы совершать Божью работу. А на небе — мой дом! Однажды я успокоюсь там!..

Хота почувствовал, что неожиданные слезы подступают к его глазам. Это были невыплаканные слезы боли и потери, которые он нес в своем сердце еще с детства. Он вдруг понял, как сильно отец мечтал видеть его христианином! Он мечтал, чтобы его сын, как и он сам, продолжил на земле удивительную Божью работу по спасению погибающих. Но обида на Бога мешала ему осуществить эту мечту отца.

— Боже, — обратился он к Богу впервые, — я до сих пор не понимаю, почему мои родители должны были умереть, но… прости, что был раздражен на Тебя… Я устал от боли, которая в моем сердце. Если хочешь, забери у меня эту боль!

И как только он сам в себе произнес эти слова, невидимый глазу поток Божьей любви наполнил его исстрадавшееся сердце. Он очутился в невероятной реке принятия и нежности, и слезы хлынули из его глаз неконтролируемым потоком. Хота вскочил на ноги и стремительно убежал прочь, чтобы никто не увидел, как горько может рыдать бесстрашный воин племени апачей!

Анита поднялась на ноги, чтобы броситься за ним, но пастор остановил ее:

— Не надо! Это его личная встреча с Иисусом! Пусть побудет один…

Анита присела обратно, но сердце ее было не на месте. Она начала молиться о брате, как вдруг перед глазами ее вспыхнула картина. Она увидела Четана, и он был очень огорчен и мрачен. Анита резко открыла глаза. Четан! Где он? Что с ним?

Все это время она была уверена, что он навсегда покинул ферму, чтобы воссоединиться со своей индианкой. Поэтому она ничего не спросила о нем по приезду на ферму. Где же ему еще быть, как не в деревне? Но это странное видение, такое реалистичное и яркое, заставило ее забеспокоиться.