Книга Истина, страница 361 – Ана Эм

— То был первый и последний раз, когда я видела медальон. – она прижимает руку к груди, словно он все еще там. – Все Манро, кто использовал его до меня, платили высокую цену. Медальон увеличивал их дар в десятки раз, но после они теряли существенную долю своей жизненной силы. Кто-то начинал болеть, кто-то больше не смог пользоваться даром на прежнем уровне, а кто-то полностью истощал себя. Поэтому существование медальона решили сохранить в тайне и передавать исключительно наследникам.

— Отец тоже знал? – спрашивает Камилла, широко распахнув глаза, но Валери тут же качает головой.

— Нет. И теперь я знаю, почему. – ее взгляд устремляется к дневнику на столе. – Она ему не доверяла.

Старая карга ненавидела нашу мать, и не только потому что хотела видеть в качестве невестки нашу «тетю» Кассандру. А потому что она знала, кем была Мирая Осирис. Думаю, она так же подозревала и том, что родители проворачивали дела за ее спиной.

— Так или иначе, Элоиза считала, что медальон был предназначен именно для меня. В конце концов, я первая ведьма со времен Эрианы, обладающая сразу четырьмя стихиями.

— Что произошло? – тихо, почти шепотом спрашивает Ками.

Взгляд Вал становится отстраненным.

— На границе с Аргосом был небольшой городок.

Был.

— До Элоизы доходили слухи, будто там устроили охоту на ведьм. Какой-то ублюдок изнасиловал девушку и заявил, что она его околдовала. Еще один клялся, будто ведьма пробралась к нему в дом, дабы похитить его ребенка для жертвоприношения, и поэтому он перерезал ей горло. – ее челюсти сжимаются, а волосы загораются. – Я была на той аудиенции, когда отец с Элоизой пытались решить вопрос и призвать виновных к ответственности. Хотя бы по законом Аргоса. Каролина сказала, что разберется, вот только все стало намного хуже.

— И тогда бабуля решила взять правосудие в свои руки и проверить теорию насчет медальона. – догадываюсь я, и Вал кивает.

— Я… – проводит руками по лицу, и огонь в ее волосах разом гаснет. – Я не помню, что сделала. Не помню, что произошло. Я просто очнулась на следующий день, покрытая пеплом и сажей.

Она переводит на нас взгляд полный боли и чувства вины.

— Ничего не осталось. – произносит шепотом. – Ни оснований зданий, как при обычном пожаре, ни останков, ни травинки. Ничего. Но самое ужасное не это. Медальон сделал что-то со мной. Он не отнял магию, как у остальных, а наоборот. С того момента магия переполняет меня до самых краев так, что мне каждую секунду приходится сдерживаться.

— Так вот когда это началось. – говорит Камилла, прикрыв рот рукой. Очевидно, у них раньше уже состоялся разговор на эту тему.

Вал кивает.

Твою мать.

— Поэтому ты так отреагировала на то пророчество Америды?

— Не только поэтому.

Вздохнув, Валери, снова опускается на диван, уперевшись локтями в колени и низко опустив голову.

— Шесть лет назад, на следующий день после смерти мамы, Элоиза… – она осекается, будто не может произнести следующие слова физически.

Тогда я подхожу к ней и присаживаюсь на столик прямо напротив. Камилла в своей уже угасающей проекции, подходит к нам слева.

— Что сделала эта сука? – спрашиваю, положив руку Вал на предплечье.

Она едва заметно вздрагивает и поднимает голову.

— Она хотела, чтобы я снова воспользовалась медальоном.