Книга Доктор-попаданка. Подняться с низов, страница 167 – Анна Кривенко

Андрей Павлович закатил глаза.

— А тебе только дурочек с кукольной внешностью подавай, — бросил он. — Между прочим, настоящая женщина должна быть в первую очередь по сердцу. Независимо от своего происхождения!

Степан Павлович уставился на младшего брата с недоверием.

— Что я слышу? Что за бредни? Где ты этого набрался?

Но Андрей Павлович ответить не успел, потому что дверь в кабинет открылась, и на пороге появился суровый племянник.

Дальнейший разговор проходил на весьма повышенных тонах. Степан Павлович получил выговор за длинный язык, за потворство матушкиной грубости, за распространение сплетен и за многое-многое другое. Как провинившийся школьник он стоял перед племянником-княжичем и только медленно кивал, боясь даже вдохнуть.

Наконец Роману Михайловичу надоело выпускать пар. Он развернулся и вышел, оставив двух братьев в атмосфере огромного напряжения.

И вдруг Андрей Павлович расхохотался.

— Боже, это было что-то! — воскликнул он. — Наш племянник — та ещё язва. Хорошо, что я не пошёл в медицину вместе с тобой, брат.

Он поднялся на ноги, ещё раз взглянул на пристыженного и разозлённого Степана Павловича и добавил:

— Ладно, держись, братец! Хорошего дня… — и исчез в коридоре.

Степан Павлович в сердцах выругался.

— Чёрт бы побрал этого Романа! — процедил он сквозь зубы, от злости и унижения разбив чашку, из которой недавно пил.

Прекрасная Екатерина приезжала в лекарский комплекс уже трижды. И всякий раз Роман Михайлович всеми силами избегал встреч с ней. Он делал это ради меня, я знаю. И всякий раз я чувствовала себя и признательной, и смущённой одновременно.

Он хотел, чтобы я была спокойна, хотя уверял, что между ними не может быть ничего: в его глазах она лишь дорогая сестра. Однако Роман был готов не уважить даже родню ради того, чтобы я ни о чём не переживала.

В конце концов я пришла к нему и сказала, что не нужно больше заботиться обо мне таким образом, что я ему верю и что тот случай был глупой ошибкой. Роман обнял меня и прижал к себе.

— Знаешь, мне всё это не важно. Я просто буду делать то, от чего тебе будет спокойнее. Ты же самый драгоценный человек в моей жизни, Аннушка. Помни об этом. Всегда…

Я изумлялась тому, что наши отношения так быстро стали невероятно трепетными. Больше не было никаких препятствий. Роман Михайлович был нежным и преданным, как будто любил меня всю свою жизнь.

А я… я понимала, что больше никогда не смогу без него. Счастье, которое жило в сердце, невозможно было измерить. От него было даже больно, словно я боялась, что оно вот-вот оставит меня. Но и эта боль была прекрасна.

Любить и быть любимой — это то, о чем я не могла даже мечтать.

Наконец Роман Михайлович взглянул мне в глаза и произнёс:

— Думаю, что завтра мы поедем во дворец — официально знакомиться с родителями.

Я немного испугалась, но постаралась не подать виду. Встреча с княгиней вызывала ужасные ассоциации. Но я понимала, что проявлять трусость будет крайне глупо. Я же не подросток, чтобы бояться людей, которым не нравлюсь. Надо это просто пережить…

Коротко кивнула, всеми силами выражая своё принятие и согласие.

— Да, конечно, я готова.

Роман Михайлович облегчённо выдохнул. Похоже, он боялся, что я откажусь. А я хмыкнула, понимая, что он меня ещё не очень хорошо знает и судит по тому нервному срыву, который ему удалось наблюдать.