Книга Доктор-попаданка. Подняться с низов, страница 162 – Анна Кривенко

Вот тут-то я уже не промолчала.

Выпрямилась, подняла на неё спокойный взгляд и с достоинством произнесла:

— Я не буду защищаться перед вами, Александра Иосифовна, потому что ни в чём не виновна. Если вы считаете меня недостойной — значит, так тому и быть. Я приму это. Более того, я вас понимаю. Если бы я была на вашем месте, мои подозрения и недовольство, возможно, были бы даже сильнее ваших. Но прошу — не делайте поспешных выводов на пустом месте. Если вы поймаете меня на хитрости, лукавстве или обмане, можете поставить на мне крест. Это будет справедливо. Но если ничего из этого нет и не существует, прошу не приписывать мне извращённых черт!

Княгиня несколько мгновений смотрела мне в лицо в диком возмущении, однако этот поток эмоций быстро схлынул.

Она прищурила глаза и произнесла:

— Кажется, я догадываюсь, чем ты его взяла. Мой младший сын — бунтарь. Ему всегда хотелось, чтобы всё было не по правилам. Учиться пошёл не по правилам. Работу выбрал не по правилам. Он всегда делал не так, как хотели его родители. Думаю, к тебе он привязался по той же причине. Ему хотелось насолить нам с отцом! Вот и невесту выбрал такую же — бунтарку…

Я едва заметно пожала плечами.

— Вы должны лучше знать своего сына, — произнесла я твёрдо. — Я не знакома ни с его детством, ни с юностью. Я знаю Романа Михайловича только сейчас. И могу сказать, что он очень искренний и прямолинейный человек. На редкость благородный и храбрый. Это те качества, которые я люблю в нём больше всего. Об остальном судить не мне. Поэтому прошу простить меня. У меня ещё много обязанностей на сегодня.

Поклонившись, я решительно направилась прочь.

Но в этот момент из-за ближайшего поворота кто-то выскочил, и я едва не налетела на него.

Честно говоря, испугалась. После недавнего нападения нервы у меня однозначно шалили. Но руки, схватившие за плечи и притормозившие мой бег, оказались мягкими и осторожными.

Это был Эдуард Михайлович.

Он разглядел моё, наверное, раскрасневшееся лицо и улыбнулся. Потом заглянул мне за плечо и заметил мать. Напрягся.

Это напряжение заметила только я — и оно тут же исчезло, сменившись ярким проявлением радости. Подозреваю, что в этом было немало актёрского мастерства.

— Дорогая матушка, значит, вы всё ещё здесь? А я спешил к брату, надеясь и вас застать!

Александра Иосифовна сразу смягчилась, но всё же упрямо поджала губы.

— Я уже собиралась уходить, ты вовремя.

— О, вижу, вы уже познакомились с невестой Романа! — Эдуард Михайлович всеми силами демонстрировал своё ко мне расположение. — Очень милая девушка, не находите? А какая она умная, я бы даже сказал — гениальная. Роман нашёл себе невесту под стать…

Княгиня помрачнела, но больше на меня категорично не смотрела.

— Проводи меня к карете, — попросила она сына.

Он с готовностью подал ей руку, которую она тут же приняла, и повёл по коридору, оставив меня с ощущением полного раздрая в душе.

Это было тяжело. Из огня да в полымя. Сразу после нападения встретить такого человека и выслушать столь болезненную критику — настоящее испытание.

Поэтому я развернулась и поспешила к Роману Михайловичу. Отчаянно хотелось его увидеть и просто отдохнуть душой, будто сбросить с себя тяжёлый груз.

Однако, когда я влетела в его палату, та оказалась пустой…