Книга Доктор-попаданка. Подняться с низов, страница 103 – Анна Кривенко

Однако идти и заниматься своими обязанностями в мои планы не входило. Мне нужен был Роман Михайлович.

— Вы не могли бы подсказать, где находится заместитель главврача? — уточнила я осторожно.

Женщина поджала губы и раздражённо бросила:

— Он сейчас занят. Иди, займись своими делами, ты поняла меня?

Я удивилась такой настырности, кивнула и обошла её, надеясь сбить с толку. Но та следила за мной ещё долго, провожая взглядом.

Мне пришлось зайти в парочку палат, поздороваться с пациентами и немного потерять время. Когда я наконец вышла в коридор снова, старшей медсестры, к счастью, уже не было.

Выдохнула. А теперь — к кабинету.

Когда я подошла к нужной двери и постучала, ответа не последовало. Это ужасно насторожило. Вдруг я заметила на полу возле двери маленькую каплю крови — и что-то во мне оборвалось.

Я толкнула дверь, сама удивляясь собственной наглости. Она оказалась не заперта.

Ворвалась в кабинет Романа Михайловича, жадно ища его взглядом, но того не оказалось на месте. Однако тут же послышался плеск воды. Я повернулась в ту сторону, где находилась неприметная дверь, ведущая, по-видимому, в уборную.

Неужели Роман Михайлович ранен?

Сердце заколотилось, хотя я вовсе не собиралась волноваться. Но оно — настырное — разрешения на эмоции у меня не спрашивало, а наполнялось тревогой само по себе.

Я начала осматривать пол в поисках других следов и заметила ещё несколько капель крови — они вели в сторону той самой двери.

Подошла ближе и обнаружила, что она приоткрыта. Не знаю, чем я руководствовалась, но несознательно приоткрыла её шире — и замерла.

Роман Михайлович, к счастью, был полуодет: хотя бы в штанах, но рубашка отсутствовала. Он стоял перед зеркалом и пытался неуклюже перевязать себе рану на плече.

Молодой человек был идеально сложен, просто как с картинки. Несколько мгновений я бесстыдно его разглядывала, отмечая разворот плеч, сильную мускулатуру, тонкую талию — всё то, что могло бы считаться у мужчины совершенством.

Наконец очнулась: он ведь действительно ранен, а я залипаю, как озабоченная!

Раскрыв дверь шире, перешагнула через порог.

Роман Михайлович обернулся и уставился на меня в немом изумлении.

— Двери за собой нужно закрывать, — проворчала я, подходя ближе.

Выхватила у него из здоровой руки кусок льняной ткани и начала аккуратно перематывать глубокую, всё ещё сочащуюся рану.

— Предполагаю покушение, — произнесла я бесстрастным тоном, хотя внутри всё подрагивало. — Вряд ли вы получили эту рану, размахивая скальпелем на операции…

Да, меня видимо трясло от одной мысли, что Роман Михайлович мог умереть.

Молодой человек выглядел таким ошеломлённым моим появлением, что несколько мгновений просто наблюдал за тем, как я перевязываю его рану, и ничего не говорил. Однако, наконец, очнулся, нахмурился и произнёс:

— А что вы здесь делаете? Почему не уехали?

— Проспала, — проговорила я с напускной беспечностью, а сама внезапно вспомнила наглую ночную визитёршу, которая перебила мне весь сон. Я точно проспала из-за неё!

Роман Михайлович закатил глаза к потолку.

— Вы даже нормально сбежать не способны, — буркнул он. — И зачем вы заявились в отделение? Это опасно!

Я посмотрела на него с недовольством.

— Вас искала! Вы ведь у нас пропажа! И да, вот это, — я указала на рану, — доказывает, что в опасности не только я, но и вы!