Книга Изгнанная жена. А попаданки-таки живучие!, страница 17 – Анна Кривенко

Подойдя ближе, увидела, что дверь была заперта на замок. Замок выглядел старым, ржавым и, казалось, крайне примитивным.

"Что ж, попробуем," — подумала я и вынула из волос булавку.

(Боже, я не расчёсывалась со вчерашнего утра. Интересно, что у меня сейчас на голове? Впрочем, это неважно.)

Булавка была крепкой, дебелой. Я аккуратно придала ей нужную форму и вставила в отверстие замка. Не то чтобы я была взломщицей, но… пару раз приходилось использовать этот прием, когда отец в деревне напивался и не пускал меня домой.

Провозиться пришлось долго, но мои усилия увенчались успехом. Раздался заветный щелчок, и дверь с лёгким скрипом открылась. Я ощутила эйфорию.

"Это чудо! У меня получилось!"

Посветив свечой, я увидела лестницу, уходящую вниз. Она была деревянной и местами уже прогнившей, но всё ещё достаточно крепкой.

— Что у нас тут? Подвал? — прошептала я, начиная осторожно спускаться.

С каждым шагом становилось всё холоднее. Казалось, холод здесь пропитал каждый угол. Даже в пальто я начинала коченеть.

Наконец, оказалась в просторной, но низкой комнате, которая действительно оказалась подвалом для хранения продуктов.

У одной стены стояли громадные бочки, накрытые досками. У другой — деревянные ящики. На полках громоздились банки, кувшины и ведра. С удивлением поняла, что за эти годы сюда никто не пробрался. Подвал остался таким, каким его оставили.

Я огляделась с предвкушением и поспешно начала изучать содержимое.

На дне большинства бочек лежали испорченные овощи: капуста, помидоры, огурцы. Очевидно, здесь их квасили. Осторожно заглядывая в кувшины на полках, я обнаружила не менее удручающую картину.

Однако среди всех сосудов около десятка были тщательно закупорены. Это означало, что их содержимое, возможно, сохранилось. Интересно, что внутри?

Но самая радостная находка ждала меня в ящиках. Там я обнаружила множество сушёных фруктов и овощей. Они выглядели так, словно практически не потеряли своих свойств.

"Как же они могли сохраниться столько времени?" — удивлялась я, но тут же отбросила этот вопрос как неважный.

В одном из углов я нашла большой ящик, в котором стояли стеклянные банки. Их содержимое выглядело как варенье.

Эта находка привела меня в полный восторг.

"Слава Богу, у нас будет еда!" — подумала я с облегчением и улыбкой, прижимая одну банку к груди.

Осталось где-то купить хлеба — и завтрак был бы обеспечен. Решение сходить в деревню пришло сразу. Проснутся дети, будут голодны. А деревенские, вероятно, уже начали свой день, встав с рассветом.

Я вернулась в спальню, оделась потеплее из того, что было, завязала платок, запахнула пальто и взяла мешочек с монетами. Окинув взглядом детей, которые крепко спали, подумала, что они вряд ли проснутся раньше моего возвращения.

Выйдя во двор, я зашагала вдоль забора, пытаясь найти какой-нибудь чёрный ход. Дорожки были заметены снегом, но по очертаниям угадывалось, что они когда-то здесь были. Наконец, найдя выход, я направилась в сторону, где предположительно должна была находиться деревня.

Сначала дорога была очевидной, но вскоре исчезла, и мне пришлось свернуть в небольшой лесок. Было ещё очень холодно, несмотря на приход весны. Я дрожала и от холода, и от волнения.

"Идти через незнакомый лес зимой в чужом мире — это совсем непросто. А вдруг здесь водятся дикие животные?" — мелькало в разуме.